2
0
Так она и вышла в огромном зале Главного храма королевства – пунцовая от стыда, не знающая, куда девать глаза."
"- Лорд? Леди?! – к ним уже спешил священник. – Порталы в святое место запрещены! Как вы смели? Его вели... Простите, ваша светлость, не признал!
Поначалу разлетевшийся с возмущениями жрец вдруг поперхнулся и торопливо кланяясь, забормотал извинения.
- Мне нужен лир Матиан, - не обращая внимания на ужимки священника, бросил герцог. – Немедленно доложите ему, что я в храме и у меня вопрос безотлагательной важности. Можете добавить – для большего понимания его преосвященством важности момента, что у меня документ, собственноручно написанный его величеством!
С последними словами Джонатан извлёк свёрнутый трубкой лист и с многозначительным видом помахал им перед носом всё ещё серого от испуга жреца.
- Да, милорд, я мигом! – пробормотал провинившийся и окликнул одного из послушников. – Брат Томас, поручаю твоему вниманию его светлость...
- Без подробностей! – оборвал герцог. – Моё имя я разрешаю назвать только лиру Матиану.
- Поручаю твоему вниманию этого лорда и эту леди, - мгновенно сориентировался священник.
Есения удивилась про себя – ничего себе, какие в столице порядки! Или это жрецы так уважают её жениха?
И сама себе ответила – скорее, боятся вызвать его гнев.
- Леди, вы хотите присесть? – брат Томас всем видом выражал готовность разбиться в лепёшку, но угодить опасному посетителю. А как лучше можно угодить высокородному аристократу, которого сопровождает леди? Правильно – окружив эту леди заботой.
Все знают, счастливая женщина – счастливый мужчина.
– Смотрите, леди, вот здесь вам будет удобно.
Девушка посмотрела, куда указывает послушник и решила, что останется стоять. Тем более что герцог как вцепился в её руку перед переходом, так до сих пор и не разжал пальцев. Не в паре же им идти к лавкам? Да и усаживать его с собой рядом нет никакого желания.
- Может быть, желаете напиток? Есть горячий горг*. Лучший горг в столице – мёда с собственной пасеки его преосвященства, с горных лугов, - продолжал рассыпаться брат Томас.
А вот это кстати!
-Благодарю, не нужно, - отрезал «чёрный вдовец».
И Есения прикусила язык – она рта открыть не успела, а герцог уже сам за неё всё решил.
Стало обидно – прежде чем отказываться, его светлость мог бы и поинтересоваться её мнением. И, кстати, в храме не жарко, а душегрея и платок остались у мачехи, она в одном платье.
