Последняя жена Синей Бороды (СИ)

То есть следовать примеру остальных гостей – ахать над украшением замка, восторгаться роскошными блюдами и убранством комнат и даже принять участие в катаниях на санях. Ну как – принять участие? Выйти со всеми во двор.

И там обомлеть, потому что в сани были запряжены не привычные лошади, а даэсты!

Удивительные и очень редкие полумагические животные, внешне похожие на симбиоз горного барана и снежного барса: голова и тело парнокопытного, только намного крупнее, чем обычные козлорогие. А мощные ноги явно кошачьи, как и хвост. Ну и окрас от барса. У герцога оказалась пара таких диковинок – вполне объезженных и послушных.

Но Теодор разумно отклонил приглашение сесть в сани, решив остаться зрителем.

Ему нельзя рисковать собой, иначе герцогство так и останется в руках узурпатора!

Лиера металась по замку, пытаясь всюду успеть, и смогла показать Теодору камердинера только вечером первого дня.

А тот, пока ждал знака, невольно обратил внимание на герцогиню.

Новая супруга младшего брата выглядела привлекательно и была весьма приветлива с гостями. Видно было, что девчонка волнуется и старается, чтобы праздник всем понравился.

Такая же идиотка, как и её муж! Они – герцоги! Ленд-лорд и его леди! По крайней мере – пока ленд-лорд. Так какая разница, понравится Новогодье в замке подданным или нет?

Лично он, Теодор, ни за что не стал бы распинаться перед нижестоящими и тратить на их развлечения сумасшедшие суммы!

Можно было вместо двух дней увеселений обойтись одним символическим ужином. Например, поставить Зимнее дерево не внутри замка, а на заднем дворе. Там же устроить стол с закусками, но без стульев. А зачем они? Всё равно на морозе долго не посидишь, да и сидящий человек съест больше.

А так – подошёл, взял кусок-другой, и уступил место следующему. И поели, и не объели.

После ужина тут же, на заднем дворе, зажечь Новогоднее Полено, раздать памятные подарки и отправить всех по домам! Гости восвояси, хозяин – в свои покои.

Традиции соблюдены, расходы минимальны, да и слуг потребуется меньше. А ещё в замке тихо и никого постороннего.

Когда он вернёт себе наследство родителя, то именно так и будет отмечать Новогодье.

Украдкой наблюдая за миледи, Теодор вынужден был признаться себе, что та ему нравится.

Все жёны Джонатана были привлекательны, но эта какая-то особенная. И ведь не скажешь, что ослепительная красавица, просто миловидная и юная. Но было в герцогине что-то такое… неуловимое, что заставляло взгляд, один раз коснувшись молодой женщины, постоянно к ней возвращаться. А когда та скрывалась из виду – искать её.

«Зачем добру пропадать? Когда стану герцогом, возьму её в любовницы, – подумал Теодор. – А если братец посмеет противиться, то его можно будет совсем устранить.