2
0В общем, один безземельный аристократ приносит монет больше, чем две, а то и три деревеньки. А риска существенно меньше.
И он разгулялся.
Не сразу, но год от года аппетит рос и убедившись, что безземельные скрипят зубами, но молчат и платят, непризнанный ленд-лорд перестал скромничать.
Правда, была-таки пара попыток пожаловаться на неподъёмный оброк, но свой человек в замке служит ему, настоящему наследнику, не за страх, а за совесть! Все прошения были вовремя обнаружены и уничтожены. Герцог ничего не узнал, а жалобщики получили недвусмысленный ответ и увеличение оброка.
Теперь все молчат!
И совесть его, старшего сына герцога Гильермо, не мучает. А почему ему должно быть стыдно? Он забирает не чужое – своё. То, что положено ему от рождения, что у него, Теодора, наглым образом отняли. Сначала отец, а теперь и младший брат.
Мужчина подошёл к сундуку и бросил кошель в него – к другим мешочкам с деньгами.
Несколько мгновений любовался тугими боками, потом захлопнул крышку и движением руки наложил охранное заклинание."
"Слуги знали, что в кабинет хозяина входить строго запрещено, а также давно усвоили, что его милость не терпит неповиновения.
Ничего, заклинание не помешает.
Какими бы ни были слуги послушными, он всё равно никому не верит. Особенно крестьянам.
Они нынче стали сильно умные, многие не только грамоте обучены, но и какой-никакой дар имеют. Да хоть и не стихию, а простую бытовую магию, но по сравнению с бездарями каждый одарённый чувствует себя особенным. И держится более нагло, чем остальные.
Подумав немного, лорд добавил к двери ещё одно заклинание, а к ручке прикрепил особую сигналку – стоит кому-то к ней прикоснуться, и хозяин тут же об этом узнает.
«От этой магии одни неприятности, а кто виноват в появлении одарённых простолюдинов? Сами знатные лорды и виноваты! В давние времена дети с даром рождались только в знатных семействах, но не все аристократы умели – или хотели? – держать свою калитку закрытой. Путались с дворовыми девками и молодыми крестьянками. Иногда – не без последствий. И пожалуйста – прошли какие-то триста лет, и простолюдин с даром уже никого не удивляет.
- Ваша милость? – подскочил тот. – Чего изволите?
Теодор поморщился. Он ненавидел это обращение – ваша милость. Но увы! – пока к нему не вернётся украденный братом титул, придётся жить баронетом…
- Ковье, обед через полчаса. В гостиную.
- Конечно, ваша милость! – слуга поклонился и бросился выполнять приказ.
А лорд щёлкнул пальцами и рассеянно проследил за россыпью искр.
Дар ему достался от папеньки.
