Попутчики

.

Аж сама сморгнула.

- Это я, тупая скотина, виноват во всём. Я должен был подумать о вашей безопасности. - он снова обнял меня до хруста в костях, пряча лицо в спутанных волосах.

48

Сил уже не осталось, описывать наше возвращение домой. Да и не стану. Думаю, и так всё очевидно.

Оказавшись в родных стенах, девочки быстро входили в колею привычной жизни, всё закрутилось своим чередом. И только муж мой стал не похож на себя. Как будто разучился улыбаться. Работал до исступления, осунулся, ходил молчаливый. Вот, вроде, слова никому худого не сказал, взглядом не обидел, а муторно. Подойдёт, обнимет, губами к виску прижмётся - и дальше пахать.

Мои попытки вернуться к теме, закрыть уже этот чёртов вопрос, после того нашего последнего разговора в лесу - пресекались одним мучительным взглядом.

Всем было тягостно видеть нашего весёлого, доброго, душевного Алекса в таком состоянии. Дядька тоже помрачнел, как никто понимая Сашины чувства. Даже Арт с тоской поглядывал на хозяина, не зная, чем помочь. Ткнётся мокрым носом в ладошку, а тот присядет, лбом прислонится к тёплой морде, что-то прошепчет и снова молчит.

Дети не понимали, почему он так изменился. А когда Фалькор как-то там попытался объяснить, побежали утешать любимого Алекса. Не помогло.

Он сам никак не мог простить себя, он просто болел своей виной.

Верите-нет, к Дреусу пошла. За спасение благодарить и помощи просить.

Первыми дельную вещь предложили наши бывалые бабки. Ну как предложили... Как говорится, без объявления приволокли к Фалькору пару бутылей местного пойла на сброженных ягодах и велели затоплять баню.

- Значится так, - руководила прагматичная Зиза, водружая ""гостинец"" на стол, - сейчас Тасмин его приведёт, вдвоём в парилку и пойдёте.

- Поговорить - это дело. Давно пора. Как сам-то про баньку не смекнул? А про это... - Фалькор покосился в сторону пузырей, -  я ж, матушка, уже и не помню, когда сию дрянь в рот лил - дети ж, как-никак, у меня.

- Ничо, потерпишь разок. - ворчливо вставила слово Харет, - Чайком тут точно не обойдётся. И чтоб сидели там, пока Алекс как новенький не станет!

- Вся надёжа - на тебя, давай уж там... по-мужицки. - мягко добавила сердобольная Монца, - Сил нет смотреть, как мается.

Если опускать подробности - сработало. Долго они с Сашей сидели. Заходили, выходили, беседовали, обнимались с нашим волкодавом. Ему нужно было выговориться, но не со мной - с мужчиной.

Оценив диспозицию и убедившись, что всё идёт по плану, бабули, со словами :""И ты, девонька, садись."" - хитро подмигнув, вытащили из под стола ещё один заначенный бутыль. Ребятня понимающе сгуртовалась по комнатам, а мы притулились на кухне и завели свои беседы. Как же я была им всем сейчас благодарна.

Настойка оказалась кисловатой и очень ароматной.