1
0
Она налила едва ли не под ободок.
– С мятой. Почему-то думал, что будет гекуро или кабусэтя. Рад, что ошибся.
– Гекуро? Кабу?.. Что за матерные слова вы используете, мужчина?
Он сделал глоток и глянул на нее поверх кружки.
– Виды японского чая."
"– Я поняла, – негромко прошептала она и быстро добавила: – Я владелица кафе. Как кафе… Скорее, кондитерская. Мы специализируемся в основном на десертах. Вот. Сказала.
– А почему раньше не говорила?
Она повела плечами.
– У меня много тараканов в голове. Ну, ты, наверное, уже понял.
– То, что у человека есть любимое дело, – это круто.
– Немного философии?
– Почему бы и нет?
Никита взял очередную пироженку и поднес к губам Али. Та приоткрыла губы. Но откусывать или брать полностью не спешила. Высунула язычок и облизала то ли сладость, то ли пальцы Никиты.
Он прищурился.
– Аля… Напрашиваешься.
– Хм…
Она облизнула вторично.
Выдохнула.
– У меня еще не все. Можно последнее на сегодня признание?
– Если окажется, что ты знаешь, как менять моторное масло в двигателе, я буду окончательно покорен.
Окончательно…
Это единственное слово, которое выявила Аля.
Остальное… Так… Почти мимо…
– Нет. Хуже. Я не только владельца кафе, но и помогаю фонду по борьбе с домашним насилием. Как-то так.
В глазах Никиты растеклись теплота и уважение, которые ни с чем не перепутаешь.
– Ты молодец. И я сейчас говорю без иронии. Мы попозже обсудим последнюю информацию, потому что она для меня важна. А сейчас…
Он очень ловко сдвинул в другую сторону термос и коробочки. После чего подхватил Алю и усадил на стол.
Прижался лбом к ее лбу и неспешно начал задирать подол женской юбки.
– То, что ты носишь платьишки и юбочки – не просто зачет, Аля. А сводящая меня с ума реальность. И сейчас я хочу другой десерт. Возражения не принимаются.
Когда она увидела, как Никита опускается перед ней на корточки, шире разводя ее колени в сторону, кровь прилила не только к низу живота. К лицу тоже.
– Что это значит? – пытаясь сохранить кокетливость и беспечный тон, поинтересовалась Аля. У самой сердце зашлось.
Никита усмехнулся.
– Это значит, что будет третье свидание. И четвертое…
ГЛАВА 26
Аля ненавидела бизнес-джеты. Обычные самолеты отследишь, точно знаешь, когда они прилетают.
Ну почти.
Она то и дело поглядывала на часы.
Никита сказал, что они прибудут плюс-минус в двадцать часов. Уже около двадцати двух. Два часа можно считать за плюс? Если так, то почему от Барданова ни ответа, ни привета.
Причин для нервозности не было. Или была? Все-таки Никита в Сирию улетал, а в регионе неспокойно. Хотя ему гарантировали безопасность.
Он звонил каждый день. Даже несколько раз на дню.
