0
0Внутри нее росло желание защитить, помочь тому новому в себе, поднимался прилив неведомой раньше силы, заставивший Дженифер положить обе ладони на живот. Та самая женщина, родившаяся час назад, снова жила в ней. Ее захлестнула волна мужества, почти прервавшая дыхание. Дженифер села на кровать, готовая мгновенно вскочить, словно дикое животное, и не сводила глаз с телефона. Он зазвонит. И вот он зазвонил. Дженифер одним прыжком оказалась около него, стараясь дышать ровно.
– Алло!
– Дженифер?
– Паулинья? Как ты там?
– Дженифер…
– Все в порядке, Паулинья. Давай пройдемся?
– Дженифер, я беременна.
– Я знаю.
ГЛАВА 23
Продолжение сцены в гараже Маркоса
– Я внезапно испугалась, что кто-нибудь зайдет и застанет нас вдвоем.
– А было чего бояться?
– Ну да, я ведь осталась в одних трусиках…
Дженифер отстранилась от Маркоса, огляделась, всем своим видом выражая нежелание быть кем-то замеченной.
– Маркос, может, лучше выйти?
Маркосу, похоже, все происходящее очень нравилось. Он снова принялся ласкать руки и плечи Дженифер, затем – шею и подбородок, нежно касаясь пальцами ее лица, с улыбкой человека, который наслаждается риском.
– Сними трусики.
– Маркос… здесь?
Маркос пристально взглянул на нее, все с той же улыбкой. Но Дженифер отметила, что лицо его приобрело слегка похотливое выражение.
– И вот тогда меня вдруг охватил страх.
– Но ты же сказала, что хотела заняться с ним любовью.
– Да, но не так.
– Как «не так»?
– Не в машине.
– Ты хотела, чтобы это было в постели?
– Ну… мне нужна была обстановка, музыка, темнота, спокойствие…
– А как Маркос?
– Он получал удовольствие от риска.
Не желая создавать впечатления, что она отказывается быть с ним, Дженифер взяла в руки резинку трусиков, но так и не могла решиться.
– Хочешь, я сниму сам.
Дженифер увидела себя в кабинете гинеколога, двенадцатилетней, когда на ее белье появились пятна.
– Маркос… я никогда не была голой перед парнем…
– Но для меня ты можешь побыть голой, потому что я безумно хочу посмотреть на такую прекрасную девственницу, как ты.
Эти слова, сказанные мягким тоном, воодушевили Дженифер и развеяли охватившее ее беспокойство. Маркос – она понимала это – теперь уже не мог отступать.
– Маркос… только я не хочу здесь, в машине."
"Он слегка отстранился, чтобы лучше ее видеть. Держа трусики в руке, опустив глаза, Дженифер была поражена тем, что ее лобок выставлялся напоказ перед мужчиной. Она посмотрела на Маркоса, залившись краской и пытаясь изобразить улыбку. Ее смущение, кажется, и было желанной сценой для Маркоса.
