1
0
Аль-тур на меня давил. Своим вниманием, своим присутствуем, своей силой, своим пылом и жаром. Смотрел на меня своими глубокими черными глазами, которые иногда вспыхивали настоящим огнем и совершенно сбивал этим с толку и путал. Меня пугала та тяга, которую я резко начала к нему испытывать. Пугало то томление, которое возникало в теле рядом с ним. Это все пришло так неожиданно, что становилось страшно. Я боялась впасть в зависимость, поддаться порывам и совершить что-то такое, о чем буду потом жалеть.
И как я не убеждала его, что он ошибся в своем этом резонансе. Как не отторгала что-то стремительное, сильное и всеобъемлющее, что происходило между нами, моя душа стремилась к аль-туру.
- Я не могу предать мужа - покачала я головой - я не понимаю, что происходит, но это ненормально. Это какое-то воздействие извне. Твоя сущность как-то на меня воздействует, да? Усиливает что-то внутри, какую-то нездоровую тягу к тебе. Болезненную.
- То, что ты откликаешься на резонанс доказывает, что я тебе не безразличен. И не говори мне, что это лишь твоя привязанность из-за того, что ты меня спасла. А я моей стороны - лишь благодарность за спасение.
- Я так не могу... - сердце стучало так сильно, что грудная клетка болела - прости, Аксель, твой резонанс ошибся.
Я выбежала из пятого отсека, как ошпаренная. Бежала, глотая слезы. То, что я видела в глазах этого инопланетника... То, что я неожиданно почувствовала, точно не было игрой воображения.
Он мне снился. Каждую ночь я видела яркие и жаркие сны с его участием. Я тянулась к нему с такой силой, что боялась сама себя.
Для меня это было странно и тревожно. Еще несколько дней назад мне казалось, что я люблю своего мужа Артема. Возможно, это была не та любовь, о которой я мечтала. И отношения наши были похожи на кардиограмму с бесконечными взлетами и падениями. Но до этого момента у меня и мысли не возникало не то что об измене, даже о том, что мы можем когда-нибудь расстаться. Другие мужчины для меня не существовали. Раньше.
Нет. Быть такого не может. Это все ошибка. Аксель ошибся. Возможно, нахождение на грани жизни и смерти что-то в нем поменяло, и он нашел себе какой-то странный якорь для выздоровления.
Но я упорно думала о нем. Он занимал мои мысли. Как больная навязчивая идея. Словно врос в меня, забрался под кожу. Его слова заставляли сомневаться в себе, в своих чувствах, в своем....браке. Они отравляли меня, и одновременно дарили странную...надежду. Мне хотелось ему верить, но я отрицала это желание. Это вгоняло меня в раздрай. Я чувствовала, что сердце словно разрывается пополам. Было больно...
