0
0
Я устал и хочу мира, поэтому выбрасываю белый флаг.
— Лер, оставайтесь. Вечером я вас сам отвезу.
Я бы не против, чтобы остались насовсем, но буду рад и до вечера.
— Демид…
— Ты же видишь, он привыкает. Не выдергивай его, не мешай.
Она прикрывает глаза и медленно втягивает воздух. В ней борются упрямый еж и рассудительная мамка, которая хочет чтобы у сына все было хорошо.
А ему сейчас хорошо. У него новый друг и, надеюсь, новый дом, который он полюбит.
— Ладно, — сдается она, — только сегодня. Пока он спит, я буду работать.
— Можешь занимать мой кабинет.
— Спасибо, барин.
Рой поднимает свое пухлое тельце и идет к ней. Обнюхивает протянутую ладонь, лижет ее, пробует на вкус, а потом бесцеремонно лезет на руки и пытается дотянуться до лица.
— Ну тебя, — смеется Лера, уворачиваясь от него, — отстань.
Я слушаю ее смех и млею. Хочу его на постоянной основе, для себя, а не только когда меховой комок на ножках пристает.
— Ты ему нравишься.
— Я всем нравлюсь, — нагло выдает она, потом смотрит мне в глаза и добавляет, — ну кроме тебя.
Да ты мне так нравишься, что я уже не знаю, как сесть, чтобы ты не заметила уровня моей симпатии. Я как идиот вдыхаю аромат ее духов. Все тот же – сладкие цветы, но, как и прежде он сводит меня с ума. Мой личный триггер.
Еще через полчаса Максим начинает кукситься и зевать.
— Пойдем-ка, дружок, пообедаем и спать.
Пока Лера хозяйничает на кухне, разогревая еду, мне достается почетная роль няньки. С одной стороны ребёнок, с другой щенок. Оба изнывают, зевают, и мне приходится их развлекать, чтобы не заснули раньше времени.
Вроде получается. Но если честно, я немного взмок."
"После еды, Лера умывает сына и идет с ним к лестнице на второй этаж. На первой ступеньке он устраивает забастовку и начинает капризничать.
— Устал, — Лера берет его на руки, — вот и буянит.
— Можно мне?
— Если пойдет, — она жмет плечами.
— Идем-ка, — я забираю его к себе, — нечего мамке руки оттягивать.
Он уже вялый и не сопротивляется. Наоборот, доверчиво укладывается мне на плечо и зевает.
У меня щемит оттого, что чувствую его тельце в своих руках. Слышу, как колотится маленькое сердце, и в горле неожиданно першит.
— Идем, а то уснёт прямо на руках.
Мы поднимаемся на три ступени и снизу раздается надсадный писк. Плач.
Рой со своими маленькими куцыми лапками не может забраться следом за нами.
— Бедолага, — Лера его подхватывает и целует в рыжую макушку, — не бойся. Не бросим.
Засыпаю они практически сразу. Макс на кровати, щенок под. В доме наступает тишина.
