0
0
Почему-то она не кричит, что этого не может быть. Не защищает его с пеной у рта, не вопит, что эта крашенная шалава сама на ее Аркашу пыталась забраться. Вместо этого бросает короткое:
— Понятно, — и отходит к окну. Молчит не меньше минуты, задумчиво трет подбородок, скользит наманикюренным пальцем по шее, несколько раз поджимает губы. Потом без единой эмоции произносит, — Я когда его вещи стирала, удивилась еще откуда столько пыли, будто по подвалу ползал. Пиджак даже в химчистку пришлось отдавать.
— Теперь ты знаешь, где именно он ползал.
— Он приехал ночью, взмыленный, нервный.
— Бывает, — моя миссия завершена, можно уходить. — мне пора.
— Спасибо…что рассказал.
— За такие новости не благодарят, — хмуро смотрю на осунувшуюся женщину, — это неприятная правда.
— Лучше переболеть, чем продолжать ходить в идиотках, — Ее взгляд становится решительным и спокойным.
Я в ней не ошибся. Не та порода, чтобы прощать.
"После разговора с Оксаной Щегловой, я снова еду в клинику. Надо раскалывать Эльку, вытряхивать из нее всю правду. Потому что все эти семейные тайны — это очень здорово и интересно, но я не могу понять главного. Причем здесь я? И какой вообще смысл во всем этом семейном подряде?
Глава 22
Глава 22
Я поднимаюсь на второй этаж к приватному крылу, туда, где вип-палаты. На входе сталкиваюсь с Громовым, взглядом задаю вопрос и получаю в ответ поднятый большой палец.
Понятно.
— Демид! — Эльвира набрасывается на меня, стоит только переступить порог, — это возмутительно! Куда ты меня привез?
— Это прекрасная клиника.
— Это отвратительная клиника. Они не слышат меня. Я хочу своего врача, мне не нужны эти неучи.
— Неучи, — усмехаюсь. Беру стул, разворачиваю его спинкой вперед и сажусь, складывая руки перед собой, — что не так, Эля? Чем ты недовольна? Расскажи.
— А смысл? Ты тоже меня не слышишь! Бросил меня тут одну, уехал! А эти налетели со своими экг, узи, кровью и прочим, — кивает на перевязанную руку, — Еле отбилась. Хочу позвонить, а они куда-то засунули мой телефон и кормят отмазками.
— Ты выронила свой телефон у меня в машине.
Она нелепо открывает рот, потом закрывает и отворачивается. Спустя минуту начинает заново:
— Мне нужен мой врач.
— Зачем?
— Затем что это мое право выбирать медика, которому я доверяю. Это мое здоровье, и только мне решать к кому обращаться за помощью.
— По-моему, ты здорова, если не считать разодранной коленки.
— Барханов, ты можешь хотя бы сделать вид, что тебе не насрать!
— Мне не насрать.
— Не заметно.
