Найди меня

— У тебя много вопросов в глазах, — усмехнулся Кенел, — я отвечу на все, почти на все. Но не сегодня, когда тебе станет лучше… моя воинственная Куинн.

— Твоя? — глухо переспросила, проглотив очередную порцию бульона, попытка отобрать ложку и есть самой не увенчалась успехом.

— Хм…всё после, — хмыкнул мужчина, — отдыхай.

Откинувшись на подушку, закрыв глаза, я размышляла, сон не шёл, спина немилосердно болела. Мои мысли лихорадочно метались, я пыталась ухватить хоть бы одну, но не получалось. И только один вопрос набатом стучал в голове: «Что ему от меня надо»?

— Куинн? — обратился мужчина, стоило мне открыть глаза, ночью я незаметно для себя уснула и сейчас при солнечном свете хотела рассмотреть место, куда меня занесло.

— Да?

— Делма поможет тебе умыться, — проговорил Кенел, прежде чем покинуть комнату.

— Идём девочка, — для старушки на вид древней Кары, она оказалась довольно крепкой, с лёгкостью подхватив меня под руки, чуть ли не волоком потащила к бочке, из которой шёл пар.

— Спасибо, — поблагодарила, забираясь чуть горячеватую воду, поморщилась, ощутив пощипывание ссадин.

— Смажем мазью, мигом заживёт, — заверила меня, судя по всему, травница, — давай голову помою, волосы испачкались, а Кили сейчас постель сменит.

После её слов из тёмного угла выскочила девушка лет восемнадцати и быстро принялась перестилать кровать. За всем этим я отрешённо наблюдала, отдавшись в сильные, но осторожные руки травницы, мысли ворочались лениво, но главное — я отметила — Кенел Энда богатый наемник-риаг.

В постели я пролежала три дня, за всё это время, Кенел, каждый вечер сидел в кресле и не сводил от меня взгляд, чем жутко нервировал.

Первый день он собственноручно кормил и поил меня. Второй просто помогал, держа тарелку передо мной, пока я быстро метала ложкой, чтобы поскорее закончить эту процедуру. Мужчина это видел, но не комментировал, украдкой взглянув на него, успела заметить лукавые смешинки в его глазах.

На третий он просто подавал чашки с едой, дожидался, когда я закончу и всё так же продолжал молча наблюдать за мной. На вопросы не отвечал, говоря, что ещё рано.

Эти странные вечера вдвоём… я, полулежа в кровати, с листком бумаги и пером, записывала всё, что вспомнила об обработке льна. Кенел, тоже что-то черкающий на своём листе бумаги, хмурящий брови. Дико, непонятно…

Но встать и уйти, у меня не было сил… поэтому терпим — восстанавливаемся.