15
0
Спорить с супругом естественно не стала, но кошелек остался. Иногда пользовалась им для оплаты интернет-услуг. И теперь здесь хранилось по меркам ее новых реалий целое состояние.
Ангелина поискала другие сообщения. И вдруг увидела, что в папке «Любимый» тоже появилось новое письмо.
Для мужа на почте была выделена отдельная папка — чтобы не потерять его писем среди множества рассылок.
«Важно!» — гласила тема письма.
И Ангелина открыла его.
Тимур даже не поздоровался, сразу писал о главном:
«Если ты надеешься пойти в суд и что-то там у меня отсудить, ничего у тебя не выйдет. Я костьми лягу, заплачу сколько надо и кому надо, но ни копейки не получишь.
Алименты тебе не светят никакие!"
"Но в статусе моей жены ты теперь будешь получать тысячу долларов ежемесячно и бессрочно. Первую выплату я уже сделал. Ты жаловалась, что бесплатно пахала у меня дома? Ок, хорошо, я понял, я был неправ, и твоя работа как матери и жены заслуживает зарплаты. Теперь ты ее будешь получать. Пользуйся, делай с ней что хочешь.
Однако стоит тебе подать на развод, как я автоматически прекращу выплаты.
Ты останешься моей женой, Ангелина. Пусть только на бумаге, но ты ею останешься. Ты — Акулова, и точка».
Стало ясно как божий, что деньги от Тимура.
Ангелина вчитывалась в текст снова и снова, и не могла поверить, что муж решился на подобное. Да и зачем он это сделал?
Наверное, Тимур хотел ее этим унизить — мол ничего у тебя не выйдет, милая. Хочешь денег? Останешься моей женой. Фига тебе с маслом, а не желанный развод. Я победил, я крут, я умнее и сильнее тебя.
Однако единственное, что испытала Ангелина — это облегчение.
Часть третья. Новая жизнь
Глава 27
Отдохнул, называется
Стоило Тимуру включить телефон, как на него градом посыпались сообщения, звонки, письма.
Он отложил мобильный, сонно оглядел номер Питерского отеля, где прятался от всего мира последние полтора дня. Даром, что одиннадцать утра, спать хотелось адски.
Да, да, уходом из дома он не ограничился. Хотелось убраться как можно дальше, и Акулов улетел в другой город — чтобы максимально далеко.
Голову прострелила резкая боль, когда глянул на батарею пустых бутылок, выстроенную в ряд на журнальном столике возле кресла. Во рту так мерзко, словно туда нагадила целая дюжина кошек. В висках стучало, тело ныло. Это же надо было так ужраться… В гордом-то одиночестве.
«А в одиночестве ли?» — эта мысль с аппетитом вгрызлась во все еще пьяный мозг.
Тимур с опаской посмотрел на другую сторону здоровенной кровати, даже на всякий случай под одеяло заглянул. Но слава богу никого там не обнаружил. Никаких случайных связей ему больше не хотелось. Прямо до нервной почесухи! Слишком дорого обошлась последняя.
«Эх, Лина, Лина…» — простонал про себя.
