Мемуары голодной попаданки

Ох, и обрадуется он незнакомому блюду! Наконец-то удивлю мужика своим мастерством. И с этими мыслями добавила посудину с водой, напоминающую одновременно и чайник, и ковш – если закипит, будет чем чай заварить.

Эх, как жаль, что факультативное занятие, на котором рассказывали про русскую печь и особенности приготовления в ней еды, я пропустила по болезни. Главное, умею стряпать хоть в яме, хоть на костре, а вот познания о печке у меня ограничены мультфильмами да сказками, где, в основном запекали Иванов-царевичей.

Прикрыв заслонкой пышущее жаром отверстие и по-быстрому соорудив себе огромный бутерброд, я отправилась вешать занавески. Где-то мне доводилось слышать, что в печи пища готовится медленнее, чем на плите, а значит, у меня в запасе есть полчаса, не меньше.

Я аккурат успела разложить на своей кровати несколько штор, пытаясь разобраться какое окно ими следует облагородить, как услышала на кухне неприличную брань. Хозяин?

Эх, не складывается у меня жизнь в этом мире так, как я себе ее каждый раз рисую в воображении. Убранный дом, красивые шторки, и мы с Захарием пьем у окошечка чай с ароматным пирогом. Чем не идиллия?"

"Но нет. Киш умудрился сгореть в печи всего за несколько минут. Захарий укоризненно выложил на стол мой кулинарный шедевр.

– Ты же говорила, что умеешь готовить, – напомнил мне мужчина, подозрительно тыкая ножом в покрытую чернотой лепешку с щедро рассыпанными угольками поверху.

– У тебя печка не той конструкции, к которой я привыкла! – тут же оправдалась я.

– Допустим. А пирог почему оказался недолепленным? Или это ватрушка без творога?

– Что бы ты понимал! Блюдо такое. Киш называется.

– Кыш. Звучит также неприлично, как и выглядит.

– Киш – открытый пирог! Между прочим, очень вкусный.

– Правда? – заинтересовался Захарий, – Первая попробуешь?

Я неуверенно поскоблила пережаренный бок лепешки, смахнула подгорелые кусочки ветчины и со вздохом отрезала от огромного круга тоненькую полосочку. Выглядела выпечка не очень. Неужели мне это придется съесть? Состроила бровки домиком и бросила заискивающий взгляд на мужчину, но встретилась с насмешливыми глазами, которые откровенно подначивали признаться в собственной несостоятельности. Вот уж не дождется! Я целиком запихнула гадкий кусок в рот и принялась старательно работать челюстями. Постепенно хмурое выражение стало сходить с моего лица. Довольная и гордая улыбка расплывалась во всю ширь. А что? Недурственно! Горелое тесто немного горчило, но специи, которые я обнаружила на одной из полок кухни, явно спасали положение. Да и омлетная заливка, как оказалось, не пропала, а лишь закоптилась.

– Можешь даже не пробовать, – вынесла свой вердикт недоверчиво погладывающему на меня мужчине, нарезая киш на треугольники.