1
0Я сама виновата, нянька негодная, вместо того, чтобы за детьми присматривать, следила за их продажей собственным отцом, – осознавать подобное оказалось горько, но против правды не попрешь.
– Ты слишком к себе строга, – попытался успокоить меня Захарий, чуть прикоснувшись к плечу.
– Скорее уж слишком снисходительна. Ладно, смысла нет локти кусать. Ты оставайся со своими клиентами, а я побегу в лес за детьми. Не думаю, что они далеко ушли…
Вот тут хозяин немного завис:
– Хочешь сказать, ничего не слышала про Зачарованный? – и так выразительно округлил глаза.
– Ты про легенды? Слышала, конечно.
Захарий не стал меня ни в чем переубеждать. Лишь распорядился:
– Двери запрешь изнутри, снаружи я оставлю вывеску «Закрыто». Сиди и жди детей, может еще вернутся, если ушли куда в другую сторону. А я лес проверю, – и так это сказал, что спорить или, не дай бог ослушаться, не захотелось.
Проводив Захария и заперев обе двери, я от нечего делать занялась уборкой. Работы оказалось много. И если с мелким мусором от легкой тряски дома я справилась на раз, то с налетом страха пришлось хорошенько повозиться, отмывая склизкие поверхности.
– И вот, что ты тут набезобразничал? – выговаривала я дому, оттирая противную слизь. – Было бы из-за чего! Из-за жалкого сморчка! Да ты его первой попавшейся балкой мог зашибить. А трухнул, будто дракона огненного на тебя выпустили.
Переговорный слушал и виновато молчал. А я старательно пыталась отвлечься от переживаний за детей, которые непонятно где бродят в потемках. Неужто и вправду в лес подались? Вот что за нужда была сбегать, не узнав, чем дело кончится? Кстати, убийца, о котором сплетницы города все языки счесали, так до сих пор не найден…
Наведя полный порядок, огляделась вокруг. Чем бы еще заняться? Уснуть-то все равно не смогу. Точно! Напеку бисквитов к приходу Захария и детей.
Еще несколько часов спустя столы на кухне и в подполе ломились от вкусностей, а беглецы с хозяином так и не появились. Я просто уже не знала куда себя деть от переживаний. Склонив голову на скрещенные поверх столешницы руки, смежила веки, а проснулась утром. Тишина в доме ощущалась жуткой, нервной. Или это лишь отражение моих собственных чувств?
Пройдясь несколько раз по первому этажу, я поняла, что не в состоянии просто так сложа руки сидеть и ждать. Вот куда подевалась эта честная компания? И что же делать мне? Хотелось действовать без промедления. Но, что я могу одна? К кому обратиться за помощью?
Я перебрала всех своих знакомых в этом мире, и пришла к выводу, что ни делом, ни советом сейчас мне никто не поможет. Хотя…
– Не пускай чужих, – наказала я дому.
Сменив обувь на более удобную, выбежала на дорогу и бросилась к городу.
