Конечно, он не любил всех парней, особенно если те много шутили, смеялись и нравились девочкам. Но тебя он донимал особенно сильно.
— Настолько, что мы с мамой даже перестали ходить на исповеди, — признался Михаил. — И это только усилило вражду. Когда я покинул родные места, то долгое время хотел отомстить. Мечтал о том, как вернусь домой и покажу всем, как сильно они во мне ошибались.
— А теперь? — она подняла на него огромные глаза и затаила дыхание. — Ты все еще мечтаешь об этом? Если да, то напрасно. По крайней мере, моему отцу жизнь уже отомстила. После моего отъезда он почти все время торчит в мастерской, стал пропускать службы и вообще забывать о том, кто он.
Она беспомощно развела руками."
"— Только не вздумай корить себя за это, — предупредил Михаил. — Ираклий сам выбрал свой путь. Что же до меня — я долго вынашивал план мести. Мечтал поквитаться с ним и всеми теми, кто желал мне зла. Но постепенно все это улеглось, забылось. Началась новая жизнь. Потом, как град на голову, объявилась Катерина, и прошлая боль ожила.
Михаил не стал говорить, что он и сам едва не отказался от подарка судьбы, полагаясь на неуместные выводы и докучливые идеи.
Теперь он был готов испытать судьбу.
— Прости, что я был таким козлом и вел себя соответствующе.
— Ты спасал меня множество раз! — живо возразила Маша. — Вот и сейчас возишься со мной, вместо того, чтобы отправиться спать… А я… Это я дура.
— Неправда, — он обнял ее лицо ладонями и заглянул в глаза. — Ты самая лучшая девушка на свете. А я посчитал тебя маленькой и отказался жениться. Думал, будто делаю тебе добро, отказываясь от брака. Но увидев тебя в аэропорту, в душном платье, уставшую, но не сломленную, я понял, что не хочу воплощать изначальный план в жизнь.
Он ненадолго замолчал, решаясь на главное признание.
— Что? — переспросила Маша тихим шепотом.
Разговор по душам излечил ее морскую болезнь лучше, чем лекарства. Находясь рядом, она словно черпала силу, исходящую от Михаила, грелась в лучах его тепла и заботы. Сейчас, когда он наконец-то решился на откровенность, она не могла позволить себе расклеиться.









