Малышка его мечты (СИ)

— А если от них дурно пахнет, а в карманах нет денег? Ты что же, предложишь своим «настоящим людям» платить за посетителей из своего кармана?

— Я говорю не о нищих, Майкл, а о тех, кто одет бедно, но чисто. У нас говорят: желание клиента - закон. И если кому-то взбредет в голову посетить одно из моих заведений в простой одежде, разве это должно быть поводом для того, чтобы вытолкать посетителя взашей? А ведь именно так они и поступают. Ты помнишь Рано Майруса?

— Эм-м-м… — Майкл задумчиво потер переносицу. — Это владельца сети автозаправок?

— Ну да, того, который ходит в старых потертых джинсах и кормит голубей на лавочках в парках.

Его часто принимают за так называемого бомжа. Я недавно встретил его. И он пожаловался, что не смог купить булку для птиц. Представляешь?

— Это было в твоем ресторане?

— Нет, но именно этот момент натолкнул меня на мысль с розыгрышем в этом году.

— У богатых свои причуды, — вспомнил Майкл еще одну из русских поговорок. — Но инцидент, действительно, неприятный. То есть ты хочешь проверить своих? Наймешь актера?

— О, нет! — Михаил загадочно улыбнулся. — Я сделаю это сам.

— Но тебя узнают!

— Да ни за что! Я всегда сам проверяю своих сотрудников, каждый год. Этот не станет исключением.

Именно так он и поступил: сделал грим, нацепил бороду и усы. Приобрел подержанный наряд в секонд-хэнде. А вот с голосом возникли затруднения. Уж его-то бас наверняка бы узнали.

И тогда он решил молчать. Действительно, а почему бы не прикинуться немым?

Проверку его сотрудники не прошли. Не все. Некоторые сразу выгоняли из ресторана, говоря, будто нет мест или заведение вовсе закрывается. Другие все же обслуживали, но при этом высказывали такое презрение, что кусок не лез в горло.

Забывали подать меню или положить салфетки. Со столов убирали солонки, а то и вазочки с цветами. Словом, надежды на то, что в этом году отыщется победитель, испарялись быстрее, чем лужицы в жаркий день.

В последний момент Михаил вспомнил о «Матрешке». И, уже направляясь туда, подумал, что будет сильно разочарован, если Маша откажет ему в приеме. С другой стороны, проверить именно ее ему хотелось больше всего.

И она не подвела.

Маша была сама любезность. Она ни словом, ни жестом не высказала презрения.

И даже добавила к его заказу блинчики. Майкл мог бы сказать, что ее фирменные оладьи гораздо вкуснее тех, что подают в заведении. Но промолчал. И лишь перед самым уходом нацарапал на салфетке нарочито размашистым почерком: «Спасибо за человечность. Приятно встретить того, кто встречает тебя не по одежке».

— Не благодарите, — сказала Маша с улыбкой и легким русским акцентом. — Я была на вашем месте. Видели бы вы платье, в котором я приехала в Майами. Такого убожества не найти на здешних улицах.