Леди Каладана

Некоторое время они продолжали перебрасываться ничего не значащими словами, а потом Фенринг наклонился к Лето, буравя его темными проницательными глазами.

– Мне известно, зачем вы прибыли на Кайтэйн. Вы выступили на нескольких важных заседаниях Ландсраада и высказали мнение по поводу некоторых предложений.

– Я просто хотел, чтобы все знали о моей гражданской ответственности, граф Фенринг, – ответил Лето. – Я не сделал ничего необычного.

– Да, в этом нет ничего необычного для любого амбициозного аристократа, но это очень необычно для герцога Лето, хм-м-м!

Лето отведал рис с подливкой и решил, что его повар готовит гораздо лучше.

– Я думаю о расширении владений, что пойдет на пользу моему сыну и нашему будущему, и в этом нет ничего плохого, – пояснил Лето, чувствуя, что против воли оправдывается.

Фенринг усмехнулся, проглотил ложку риса и запил его изысканным белым вином.

– Да, в этом нет ничего плохого, мой дорогой герцог. На самом деле вы привлекли мое внимание, как только прибыли во дворец. Я могу помочь в ваших притязаниях.

– Вы уже намекали на это, и ваши предложения меня несколько удивили. Зачем вам помогать мне?

Фенринг с притворной обидой приложил ладонь к груди.

– Вам не приходило в голову, что я просто добрый человек и хочу стать вашим наставником?

Помолчав, Лето ответил:

– Не думаю, что дело только в этом.

Граф восхищенно улыбнулся.

– Конечно, нет! Но всему есть причины. Власть и влияние переменчивы, и я всегда считал полезным тратить силы на обеспечение будущего людей, которых я понимаю и чью благодарность могу снискать. Я легко могу дать рекомендации, если вы присоединитесь к моей игре. В прошлом, вы, эх-х-м-м, чуждались политики.

– Я не чуждался, меня просто всецело поглощали дела моего народа, – пояснил Лето и расправил плечи. – Но в конце концов я понял, что Империя больше Каладана, и я упускаю множество возможностей.

– Отлично! Я рад, что с отчужденностью покончено. Теперь давайте согласимся с очевидностью. – Фенринг отложил вилку и побарабанил пальцами по столу. – Одна из причин, мешающих вам занять первые места в Ландсрааде, – это невозможность заключить брачный союз.

Лето нахмурился. Он сразу вспомнил страшную картину: одетая в подвенечное платье Илеза Икац лежит в луже крови с перерезанным горлом.

– Я пытался вступить в брак, но ничем хорошим это не кончилось.

Фенринг небрежно махнул рукой.

– Ну, произошел несчастный случай, но с тех пор открылось великое множество новых возможностей. Атака на Оторио оставила несколько скорбящих вдов, вокруг которых, облизываясь, словно волки, кружат аристократы Ландсраада. Вам надо воспользоваться этой возможностью.

Лето напрягся.

– Моему сыну и наследнику четырнадцать лет, и я уже начал подыскивать ему невесту.