4
0
Саар, казалось, дрожал от обуревавших его чувств, но вдруг лицо его разгладилось. Он глубоко вздохнул и шагнул назад.
– Значит, я вернусь и выполню задание. Прошу простить за беспокойство.
Он повернулся и, не говоря больше ни слова, направился к выходу.
Гвардейцы стояли, не зная, надо ли его остановить, и ожидали приказа Фейда. Юноша быстро обдумал положение, и странная улыбка коснулась его губ. Если Саар окажется просто трусом, он растворится на просторах Империи, что вынудит Фейда предпринять массу усилий, чтобы выследить и наказать его. Но Фейд сомневался, что Саар спрячется. Нет, он был уверен, что мастер меча с еще большим рвением постарается доказать, что достоин своего звания.
– С нетерпением жду твоего подвига, – выдохнул он.
Ожиревший барон делал некоторые вещи, которые Питер де Врие находил забавными, но, разумеется, он это скрывал. Даже неосторожный смешок, несомненно, мог стоить ему жизни.
После дальнего путешествия с Ланкивейля в штаб-квартиру Харконненов в Карфаге бракованный ментат, переминаясь с ноги на ногу, стоял на пороге спортивного зала, откуда прогремел голос барона:
– Не заходи, пока я не закончу тренировку, Питер.
Ментат заставил себя повременить с сообщением и остался стоять среди нескольких рабов, которые помогали огромному барону во время тренировки. В руках Питер держал бализет Гарни Холлика, который он предъявит как доказательство – возможно, совершенно лишнее, когда станет докладывать новость.
Несмотря на поддержку антигравитационных подвесок и контролируемую мониторами нагрузку, тренировка была достаточно тяжелой и интенсивной. Бледная кожа барона покрылась потом и порозовела от усилий. Понаблюдав, Питер понял, что он просто хочет спустить пар и ослабить мучащую его злобу.
Оборудовали спортзал с изощренной сложностью: некоторые тренажеры предназначив для работы определенных групп мышц, конструкции других аппаратов не изменились за прошедшие тысячелетия. Но даже самые тяжелые упражнения не могли остановить уродующую барона болезнь и вернуть ему облик поджарого мускулистого мужчины, как когда-то в молодости.
Барон взял в руки небольшие гантели, улегся на укрепленный топчан, выключил антигравитационный пояс и начал ритмично поднимать груз.
– Потрясающе, милорд барон, – льстиво произнес Питер.
Смехотворный вес, подумал он. Он больше накалывает на вилку во время обеда.
Барон поднимал и опускал гантели с таким остервенением, словно орудовал дубинами. Несмотря на ожирение, он оставался очень сильным. Питеру приходилось видеть, как он легким движением кисти ломал людям шеи.
Питер радовался, что хозяин сжигает энергию, ибо это уменьшало вероятность неожиданных вспышек гнева.
