Леди Каладана

Лето не жалел труда на то, чтобы запомнить всех по именам. Приехав с Кайтэйна, герцог рассказывал, что большинство аристократов просто не замечают людей в своих свитах. Пол понимал, что заботливое отношение к людям – основная причина всеобщей народной любви к Лето Атрейдесу. Юноша тоже хотел стать таким лидером.

Казалось непонятным, почему герцог временами проявляет холодность с самыми близкими ему людьми. Пол подумал о матери, которая покинула дом уже два месяца назад. За это время они не получили от нее ни одного сообщения.

Пол налил им обоим горького чая, увидев, что отец полностью погрузился в невеселые мысли.

Герцог бесцельно смотрел на прихотливо сотканный стенной ковер. Пол вдруг заметил, что отец похудел, а лицо его заметно осунулось.

Лето наконец заговорил:

– Снова приезжал Якссон Ару. Он пытается завлечь меня в ряды заговорщиков.

Пол встревоженно выпрямился, вспомнив о кровавых преступлениях, совершенных этим человеком.

– Он здесь, на Каладане? Ты сказал об этом Сафиру?

Лето постучал пальцами по подлокотнику дивана."

"– Он подошел ко мне на рынке возле рифа два дня назад. Его уже давно нет здесь.

Эти два дня отец казался сильно удрученным, отчужденным и сторонился общения. Теперь Пол понял причину.

– Он угрожал тебе?

Пол живо вспомнил виденный им несколько месяцев назад страшный сон, когда он проснулся с ощущением, что отцу грозит смертельная опасность; и оказалось, что как раз в это время произошла террористическая атака на Оторио. Юноша почувствовал опасность за тысячи световых лет.

– Якссон не станет мне вредить. У него есть, пусть и злодейский, но определенный моральный кодекс. – Лето тяжело вздохнул. – Он хочет, чтобы я понял его, чтобы согласился с ним и стал участником движения Союза Благородных.

Пол почувствовал, что оскорблена честь отца.

– Но это же смешно.

– О, не все так просто, его логика и обоснования убедительны – с определенной точки зрения. Он отчаянно хочет меня заполучить и думает, что я – и Каладан – вздохнем свободно, если треснет по швам Империя Коррино.

Полу стало муторно на душе.

– Но ты же не думаешь присоединяться к нему? Он еще хуже, чем граф Фенринг. Я не доверяю ни тому ни другому.

– Мудрые слова. – Лето наклонился вперед, ссутулившись.

Разговор о тяжких проблемах не облегчал его бремени. – Уверяю тебя, я очень осторожно выбираю дорогу, по которой собираюсь идти. Император Шаддам действительно накопил огромные богатства благодаря произвольному налогу, и его понятия о чести… весьма гибкие и растяжимые. Время, проведенное при императорском дворе, убедило меня, что это помойная яма, наполненная низшими формами жизни, людишками, готовыми на все, лишь бы урвать кусок богатства или влияния. У Дома Атрейдесов нет столь уродливых амбиций.