7
0Разбилось ли его сердце или ожесточилось?
С явным трепетом в голосе Бром сказал:"
"– Но вы же не сделали ничего плохого, сестра Джессика, и они это знают. Вы хотели послать письмо сыну и не рассказали о некоторых личных вещах, которые касались только вашей семьи. И что? Им не нравится, когда кто-то нарушает их правила, и поэтому они бросили вас в камеру.
– Чтобы я стала послушной, – сказала она.
– Чтобы преподать вам урок. – Кажется, Бром хорошо знаком с системой наказаний в Бинэ Гессерит. – Они выпустят вас, когда поверят, что вы смирились со своей участью и вернулись в их лоно.
Джессика позволила себе натянуто улыбнуться, но настроение ее оставалось скверным.
– Мы подождем, что скажет Мохайем.
Она, как ментат, прокручивала в голове информацию. Джессика знала, что Школа Матерей находится в странном смятении, и смерть старой карги заставит их действовать… так или иначе.
– Спасибо тебе за… за то, что рассказал вещи, которые мне стоило знать, за то, что успокоил меня самым щедрым, самым человечным образом. Теперь я чувствую себя менее одинокой.
Бром активировал замок двери.
– Я стану помогать вам, чем смогу.
Он умолк. Какое у него честное и открытое лицо, подумала Джессика.
Вдруг мимо юноши в камеру ворвались две сестры, не обратив ни малейшего внимания на Брома, словно он являлся неодушевленной помехой на их пути. Собрав все силы, Джессика спрыгнула с топчана, узнав неуемную и жестокую преподобную мать Рутин и сестру Джиару. Она уловила скрытое напряжение в их движениях и поняла, что они явились неспроста.
Наконец последовал ответ Ордена сестер.
Женщины не произнесли ни слова. Инстинкт самосохранения Джессики пропал; она поняла, что сейчас случится.
Джессика была готова к этому.
Стоя ночью на периметре посадочной зоны, Верховная Мать наблюдала за приземлением корабля Мохайем. Судно опустилось с глухим ударом, взметнув более сильный вихрь воздуха, чем обычно. Это оказался тяжелый корабль, предоставленный Преподобной Матери Мохайем императорским двором. Сестры выстроились на освещенном поле для встречи. Когда выкатился трап, они шумно встретили гостью.
Из корабля вышла Преподобная Мать, спустилась по ступеням трапа и ступила на поле, похожая на нахохлившуюся птицу. Харишка пошла ей навстречу, испытывая в груди непривычное тепло.
– Рада видеть тебя, старая подруга.
Однако Мохайем явно была не в духе и не скрывала раздражения.
– Меня нисколько не удивило известие о смерти Лезии, да и я не стала бы называть эту новость очень уж неприятной.
