Леди Каладана

– Я проведу химический анализ нового вида папоротника и сравню его с предыдущим. Полагаю, папоротник выращивают в другом регионе Каладана, а потом контрабандой доставляют сюда.

– Сафир, ты же заверил меня, что уничтожил всех распространителей, – укоризненно произнес Лето.

– Но, как всякая дурная трава, они снова расплодились. Народ Каладана живет хорошо, но порочна человеческая природа. Слабые люди ищут наркотики и стремятся впасть в зависимость от них, а Чен Марек с радостью готов их поставлять.

Лето вскипел. Проблема заключалась не только в слабых или отчаявшихся людях.

– Я знаю.

Он подумал, как много потребителей айлара обнаружилось среди аристократов Ландсраада, в том числе и несчастный сын лорда Атикка.

Потом в его мозгу промелькнула еще одна мысль, завершившая цикл колебания маятника.

– Но ты же расследовал инфицирование лунных рыб клещом. Какое отношение это имеет к контрабанде наркотиков?

– Все это части атаки на Дом Атрейдесов, сир. – Ментат говорил четким армейским голосом. – После тщательного расследования и выявления множества нитей мы обнаружили организатора первичной сети распространения и доставки наркотика.

Красная пелена застлала взор Лето. Зачем Лупар сделал это?

– Он жив?

– Продолжает цепляться за жизнь, милорд. Нам пришлось развязать ему язык специфическими методами. Благодаря познаниям доктора Юэ в фармакологии и моим ментатским техникам варварское физическое воздействие удалось свести к минимуму.

Юэ смущенно кивнул."

"– Есть особая отрасль подготовки в медицинской школе Сукк; она помогает проводить интенсивные допросы. Мне редко приходилось прибегать к таким методам, но я им обучался. Если, например, раскрывают заговор против особы императора, то мы, врачи Сукк, должны использовать любые методы для того, чтобы получить от обвиняемых правдивые ответы.

Хават объяснил:

– Этот человек боялся Чена Марека больше, чем нас. Мне кажется, ему имплантировали что-то, чтобы он ничего не говорил.

Доктор Юэ помрачнел.

– Я продолжу работу с ним, сир, но блок очень силен. Он не в состоянии отвечать.

Немного остыв, Лето успокоился, поняв, что высоко оценил усилия ментата и врача, но сейчас ему все равно – пусть негодяя разорвут на части, лишь бы он заговорил.

Но даже несмотря на ярость в связи с возвращением так называемого каладанского наркотика, Лето держал на уме другую тайну, требующую разгадки.