Леди Каладана

 – Она больше интересуется строительством новых зданий для Школы, чем селекционной программой, Защитной Миссией, воспитанием Вещающих Истину, чем…

Рутин перебила ее:

– Думаешь, мы всю ночь только и будем делать, что продолжать этот список? – Женщины язвительно рассмеялись. – Нам надо обсудить серьезные вещи.

– Ты должна быть Верховной Матерью, а не Харишка. Она тебя не ценит, – сказала Джиара.

– О, Харишка меня ценит, но недооценивает, – возразила Рутин. – Когда придет время, я, возможно, и заменю ее. Но это не самое главное, что нам надо сегодня обсудить.

 – Она тщательно взвешивала слова, стараясь сформулировать фразу. – Я знаю, что все вы верны мне. Но готовы ли вы убить по моему приказу? – Она умолкла, чтобы перевести дух. – По распоряжению Ордена сестер? Прислушаетесь ли вы к предостережениям, не видным только слепому?

Не задумываясь, все четверо, одна за другой ответили утвердительно.

– Мы готовы убивать за тебя и за Орден сестер, – снова заговорила Ксора, горящая желанием доказать безусловную лояльность.

Аислан оказалась еще смелее.

– Ты хочешь, чтобы мы убили Харишку?

Таула нервно сглотнула.

– Неужели дошло уже и до этого?

Рутин поморщилась и покачала головой.

– Нет, это наложит неизгладимое пятно на вашу жизнь, на ваше потомство, да и на меня тоже. – Она не стала добавлять, что, если дела пойдут совсем плохо, то это сделает она сама. – Это неверное действие, по крайней мере, в данный момент. Нет, я говорю не о ней.

– Но тогда речь идет о Джессике? – уточнила Ксора. – О предупреждении Лезии? Я отправляюсь на Каладан, чтобы стать новой наложницей герцога Лето.

Рутин поджала губы.

– В настоящий момент Джессика нейтрализована и не может причинить нам никакого вреда… У нас много способов воздействовать на нее.

Она – только часть проблемы. Лезия определила другую проблему, которая может угрожать падением всего Ордена сестер. – В комнате повисла напряженная тишина, и Рутин расчетливо выдержала паузу, чтобы усилить эффект. – Я хочу, чтобы вы убили ребенка.

Женщины зароптали.

– Какого ребенка? – уточнила Аислан.

– Четырнадцатилетнего мальчика, почти мужчину. Но мы не можем позволить ему стать мужчиной.

– Ты говоришь о Поле Атрейдесе, – догадалась Ксора.

 – О сыне герцога Лето.

– О сыне Джессики. – Теперь Рутин приступила к изложению плана. – Слова Лезии выглядят таинственными, но мы знаем, что некоторые из них истинны. Можем ли мы позволить себе их игнорировать? Вероятно, ее разум помутился из-за возраста и напряжения, но обстоятельства могли открыть ей глаза на то, что она была не в состоянии видеть до этого. Ее предостережения выглядели совершенно ясными до того, как она впала в кому. На кону миллиарды жизней.