7
0В конце концов ее взору предстала безмятежная сцена: она свободна, она на Каладане с семьей. Лето и Пол улыбаются ей, и она не чувствует никакой дисгармонии. Джессика ухватилась за сладостное воспоминание, за свое желание. И она выдержала.
Пустота – это сила. Пустота – это щит.
Миновало нескончаемое мгновение, и Джессика почувствовала, что снова распластана на жестком ложе. Подвесной механизм исчез, системы введения лекарств унесли, и она осталась во власти грез, вызванных ею самой.
Рядом с ней раздался голос:
– Сестра Джессика.
Мужской голос.
Пораженная, Джессика открыла глаза. Вся ее воображаемая реальность осыпалась пылью и исчезла, словно унесенная свежим ветром. Она несколько раз вздохнула, поморгала глазами и, открыв их окончательно, увидела красивого молодого человека, стоящего у топчана и держащего в руках поднос с едой.
– Вы не ели два дня. Сестры велели принести вам ужин.
Он поставил поднос на столик, который подкатил поближе к лежанке.
Это был светловолосый подросток, годом или двумя старше Пола. Двигался он с легкостью и грацией танцовщика.
– Меня зовут Бром.
Джессика сразу насторожилась и села, не понимая, зачем сестры прислали именно этого молодого человека. Сына Ксоры. Внимательно всматриваясь в черты его лица, она увидела сходство с матерью – юноша имел такие же овал лица, глаза и подбородок. Сама Ксора говорила, что практически не виделась с сыном после его рождения. Бром не знал, кто он такой… но Джессика знала.
В ее сознании промелькнули тысячи вопросов, но она предпочла не высказывать их вслух.
Бром снял крышку с блюда. На нем лежал сэндвич с белым сыром, зеленым салатом и нарезанными овощами. Осознав вдруг, насколько голодна, Джессика потянулась к еде, но заставила себя помедлить.
Бром вежливо отошел в сторону. Джессика нуждалась в информации, поэтому она решила задержать молодого человека.
– Расскажи о себе. Я никогда прежде тебя не видела.
Пока она ела, Бром рассказывал.
– Я живу в мужском здании и выполняю любые поручения сестер. Рассказывать, собственно, особо нечего.
– Ты еще зайдешь ко мне, Бром?
– Если велят сестры.
Он двинулся к выходу грациозной плавной походкой тренированного атлета и гимнаста. Джессика уловила в юноше нечто зловещее и сверхъестественное.
После того как он покинул камеру, заперев за собой дверь, Джессика принялась обдумывать происшедшее.
Верховная Мать, прислав его сюда, подала мне сигнал.
