Ледяное проклятье

С всхлипами втягивая воздух, Дисса с ненавистью взглянул на меня своими глазками и прошипел, вновь повторяя уже слышанные мной слова:

— Чего ты ждешь, чужак? Убей меня!

Опустившись на колено, я ухватил тянущееся к шурду настырное щупальце, небрежным жестом закинул его за плечо и лишь затем ответил:

— Хочу ли я убить тебя? О да, можешь мне поверить — хочу. Сегодня ты умрешь, военный вождь Дисса. И только от тебя будет зависеть, как быстро смерть явится за тобой. Выбирай — мгновенная смерть от меча или мучительная агония, растянувшаяся на долгие часы и дни.

— Я не боюс-сь с-смерти! Я рожден воином! Рожден погибнуть во славу великого Отца Тарис-са Спящего и Наездников С-сгархов! И я не боюс-сь тебя, чужак! Не боюс-сь!

— Боишься, — оскалился я, показывая заиндевевшие зубы. — Иначе бы ты не медлил, когда у тебя была возможность достать меня своим тесаком. Но ты остался один… и ты испугался… Да, шурд? Что же ты не сдох во славу своего вонючего Тариса? Почему не бросился грудью на лезвие своего оружия, а позволил себя обезоружить? Так откуда вы так хорошо знаете наш язык? Вас обучил Тарис? Отвечай, или мой воин переломает тебе все кости одну за другой. А затем я подвешу тебя над костром, и пока ты, мразь, будешь коптиться заживо, я буду слушать твои вопли!

Не выдержав моего взгляда, шурд медленно опустил голову и, глядя в землю, произнес:

— Меня обучили с-старейшины. Каждый воин должен знать язык врага и должен понимать с-слова Тарис-са С-спящего, ес-сли он явит милос-сть и обратитс-ся к нашему народу.

— А разве Тарис не человек? Он не враг?

— Он бог! Он породил нас-с, детей с-своих! Мы должны были занять дос-стойное мес-сто у с-самых его ног, у подножия трона, но проклятый Лис-с-стер предательс-ски ударил его в спину и заключил в нес-сокрушимую гробницу! Но придет время, и он вос-станет из с-сна, и тогда…

— И будет править миром, — прервал я его. — Ну да, понимаю. Почему вы называете приходящих сюда людей чужаками? Ведь эта земля испокон веков принадлежала людскому роду.

— Чужаками? Мы не называем людей чужаками. Мы называем их мяс-со! — кривя губы, прошипел шурд. — Мяс-со! Вкус-сное мяс-со, что с-само приходит в наши земли. Нужно лишь выковырять его из с-скорлупы с-стен и дать чуть-чуть подгнить! Вы мяс-со!

Выдав эту тираду, гоблин напрягся всем телом в ожидании смертельного удара, но я не сделал ему этого подарка, хоть во мне и всколыхнулась уже утихшая было ярость. Нет, шурд умрет тогда, когда этого захочу я, и никак не раньше.

Все тем же размеренным и спокойным тоном я напомнил Диссе его же слова:

— Ты постоянно называешь меня чужаком. А ведь я человек.

— Ты? Ты не человек! — Дисса Беспалый вскинул плешивую голову.