9
0Также понятно, почему к захоронению больше никто не вернулся — Защитник пал от руки наемного убийцы, наверняка такая же судьба постигла большую часть отряда, а через несколько лет некогда густонаселенные западные провинции превратились в Дикие Земли. А еще через двести с лишним лет на это самое место набрел один недоумок барон и нарвался на большие неприятности, в результате которых превратился в подобие живого снеговика. Вот, пожалуй, и все, что мне известно.
Благодаря богохульному вскрытию могилы (хорошо, что в тот момент рядом не было фанатичного отца Флатиса) я оказался обладателем не только загадочного кристалла, но и почти полностью истлевших обрывков пергамента. Судя по форме обрывков, некогда это была достаточно толстая книга. Возможно, это его рабочие записи — ведь он был магом, — а возможно, всего лишь слезливый дневник, наподобие того, что вела Ксистера Ван Лорк, покойная фаворитка не менее покойного старика короля, правителя некогда огромной и могущественной империи.
Проклятье… и опять эти уже надоевшие мне до чертиков два слова — покойный или мертвый. Все, кто прямо или косвенно участвовал в этой растянувшейся на века истории, давно уже лежат в могилах и, следовательно, не могут рассказать ничего.
А мне что прикажете делать? Я ведь еще жив — пусть и превратился незнамо в кого — и хочу прожить еще хоть немного!
Вздохнув, я оттолкнул в сторону висящее перед лицом и мешающее обзору щупальце, взглянул на Тиксу, увлеченно скребущего по камню ножом, и спросил, стараясь подбирать простые слова:
— Тикса, что бы ты сделал, если очень нужно узнать кое-что важное, а тот, кто знал, давно уже умер?
Задумчиво почесав рукоятью ножа в затылке, гном цыкнул зубом и в свою очередь поинтересовался:
— Тот, кто умереть, — человек или гном? И то, что узнать надо, — точно важный?
— Человек, — кивнул я. — Да, думаю, очень важное.
— Конечно, человек! — встрял Лени, зачерпывая из котелка отвар из еловой коры. — Чего вы знаете-то, коротышки подземные?
— Лени! — рыкнул я. — Не мешай! Дойдет очередь, спросим и тебя!
— Мы много знать! А ты только шишка еловый варить умеешь! Тьфу! — не остался в долгу гном, а затем выдал: — А у него дом быть? У того, кто умереть?
— Дом? — удивленно переспросил я. — Ну… был…
— Вот! — многозначительно сказал Тикса. — Я бы его дом пойти, все там перевернуть и ответ отыскать! Мы, гномы, важный вещь всегда на каменный табличка писать — чтобы не забыть!
— Еще бы! — вновь не выдержал Лени. — Память-то дырявая!
Что именно ему там отвечал Тикса, я уже не слушал. Я был поглощен, казалось бы, столь простыми словами гнома: «Я бы его дом пойти». Пару раз обкатал в голове эту фразу, начал было прикидывать все за и против, а затем взглянул на расстеленную поверх снега карту и сразу скис.
