Ледяное проклятье

В первую очередь в глаза бросалась горсть монет — преобладали серебряные и медные, но среди них проглядывали и солидные золотые кругляши, потемневшие от времени. Парочку таких монет я старательно оттер от покрывающей их грязи и узрел отчеканенное изображение некой особы мужского рода, по нижнему краю монеты змеилась поясняющая надпись: «Великий Император Мезеран Ван Санти». Хмыкнув, я небрежно бросил монеты обратно на ткань и с усердием принялся ворошить остальные находки. Небольшой нож с проржавевшим лезвием, слегка погнутый серебряный кубок для вина, горстка синих стеклянных шариков со сквозными дырками — бывшие четки или ожерелье, белоснежное перышко магического стило, золотой диск с искусной гравировкой и надписью на непонятном мне языке. Про остатки пергамента и бумаги не стоило и упоминать — их было не счесть. Судя по всему, некогда это были книги или личные записи. Или и то и другое.

Да уж… чего-чего, но вот такого клада я обнаружить никак не ожидал. Мысленно прикинув общий объем найденных вещей, я пришел к простому выводу — некогда все эти предметы лежали в немаленькой кожаной сумке, давненько сгнившей от долгого нахождения в сырой земле. Эти распадающиеся в руках кожаные обрывки — все, что осталось от сумки. Большая часть лежащих в ней вещей тоже не выдержала испытания временем и сгнила до основания."

"«И что же получается? — задал я вопрос и сам же на него ответил: — Одно из двух. Либо сумку закопали, чтобы когда-либо за ней вернуться, но что-то не срослось. Либо… либо это личные вещи погибшего человека, и следовательно…»

— …и следовательно, сумку положили в могилу вместе с телом владельца, — уже вслух закончил я, переводя взгляд на вырытую мною яму. — А что… вполне может быть. Ежели хоронили в спешке, то и могила могла быть неглубокой…

* * *Уронив грязные ладони на колени, я сидел на краю изрядно увеличившейся ямы и крайне задумчиво созерцал ее содержимое.

Лежавший навзничь скелет определенно принадлежал мужчине — если судить по размерам, кои были не просто большими, а невероятно огромными для человека. А это был человек — тщательно очищенный мною от комьев грязи череп, несомненно, был человеческим. Хорошо сохранившиеся зубы без малейших признаков клыков, форма глазниц, особенности нижней челюсти — все говорило об этом. Человек исполинских размеров, приблизительно головы на две выше, чем здоровяк Рикар. Руки аккуратно скрещены на груди, словно мертвецу стало зябко и он обхватил себя за плечи. Положение головы, вытянутые ноги, ровно положенное тело — все говорило о том, что незнакомца похоронили. Пусть в совсем неглубокой могиле, но все же похоронили.