7
0И точно такие же, как я, — холодные и страшные на вид.
Отступление пятоеИдущий вслед за показывающим путь монахом мужчина втянул носом воздух и, брезгливо поморщившись, прижал к лицу надушенный носовой платок. Смесь гниющей плоти, застарелого пота и слабый запах сожженного цветка Раймены. Темный коридор был пропитан этой отвратительной вонью.
Проводник остановился у тяжелой железной двери, около которой стояли двое вооруженных мечами стражей в монашеских балахонах. Лязгнул снимаемый железный засов, и, тягуче заскрипев, дверь отворилась внутрь.
— Столько предосторожностей… он так опасен? — впервые нарушил молчание мужчина.
— Ну что вы, сын мой, — донесся мягкий голос из помещения. — Нет никакой опасности. Входите смело и не забудьте пригнуть голову — притолока слишком низкая.
— За годы службы я давно уже привык к каменным мешкам вроде этого, — сухо ответил маг, входя в крохотную комнату. — Но к смраду привыкнуть не сумел…
— А-а-а… вот и мой старый приятель по Академии… — проскрипел шелестящий голос, и маг невольно вздрогнул. — Что, решил выслужиться перед святошами, да, Крыса? Решил наконец вонзить свой нож в мое тело и тем самым отплатить за все столь долгие годы унижения?"
"Висящий на цепях лорд Ван Ферсис вскинул окровавленное лицо и скривил изодранные губы в гнусной усмешке.
— Хотя… дай-ка я догадаюсь… вонючая крыса где-то напакостила, а святые отцы, чтоб им сдохнуть в корчах, прознали про этот грешок? Иначе ты бы не решился прийти сюда, крысы трусливы…
— Светлый лорд Ван Ферсис, — медленно произнес уже успевший оправиться от испуга ментальный маг. — Не скрою, мне приятно видеть тебя в цепях, вонючий ублюдок!
— Вижу, вы давно знаете друг друга, — мягко произнес дознаватель, опускаясь на приставленную к скамье скамью.
— Давно, — кивнул седовласый маг, брезгливо осматривая покрытый кровавыми пятнами пол, выбирая, куда сделать шаг и не испачкать при этом изящные кожаные башмаки с серебряными пряжками. — Мы вместе постигали таинства магии в столичной Академии. И сиятельный лорд никогда не упускал случая напомнить мне, что я всего лишь грязный простолюдин. Прилюдно.
— Что, до сих пор вспоминаешь свое ежедневное унижение, Крыса? — издевательски протянул лорд, выплевывая сгусток крови.
— Мое имя Латкари! И сегодня ты в моей власти! Ты не представляешь себе, как я обрадовался, когда меня навестил священник и попросил помочь святой Церкви!
— Этот грешник в руках Создателя, сын мой, — напомнил дознаватель, с интересом вслушиваясь в беседу старых врагов. — Другой власти над ним нет.
— Пусть так, — кивнул Латкари, делая шаг вперед. — И сегодня этот грешник исповедуется во всех своих тяжких грехах, можете не сомневаться.
