7
0
Переведя взгляд на обнаженное бедро, я увидел на бело-серой коже рубец с плотно сомкнутыми краями. Для верности ощупав ногу пальцами, я убедился, что нет даже намека на рану. Сплошная ледяная плоть, едва заметно прогибающаяся под моим нажимом. Пока я был без сознания, мой перестраивающийся организм сам избавился от чужеродной сферы, буквально вытолкнув ее наружу. Другого объяснения я не находил. А самое главное — сфера была мертва. Переключив восприятие на магический взор, я убедился в этом полностью. Ни малейшего всполоха энергии.
Оглядевшись по сторонам, я нашел взглядом небольшой радужный смерчик, радостно пляшущий рядом с поваленным стволом дерева, — хотел удостовериться, что вижу энергетические потоки и не лишился этого дара после того, как превратился в кусок льда. Поддерживающая наложенные на меня заклинания сфера опустела, и значит, печать Арзалиса разрушена. Из трех сосуществовавших в одном теле душ две должны были покинуть это пристанище. И судя по сну-воспоминанию, где я парил в сияющем тумане, они именно так и поступили, отправившись прямиком на суд Создателя или еще куда. А моя собственная душа по какой-то причине решила остаться в этом насквозь промороженном теле полновластным владельцем.
Покатав на ладони мертвый кусок стекла, я небрежным движением отбросил треснувший шар в сторону и подтянул штаны. Неспешно завязал тесемки, подхватил с земли пригоршню снега и, машинально комкая его в ладони, решительно зашагал к ниргалам, чувствуя, как мои ледяные губы расползаются в неудержимой улыбке. Первой улыбке за очень долгое время…
Я мог видеть магические потоки мироздания. А из этого следовал очень простой вывод — я живой. Пусть внешне я похож на восставшего из вечной мерзлоты мертвяка, но я все же был жив.
Мертвые не могут видеть магической энергии. Это привилегия живых.
Не останавливаясь ни на мгновение, я прошел мимо тройки ниргалов и молча зашагал дальше, задавая достаточно быстрый темп передвижения. Черное озеро осталось за спиной, и я ни разу не оглянулся на ступенчатую пирамиду.
Ни к чему.
Этот отрезок жизни остался в прошлом, а я всегда предпочитал смотреть в будущее.
Пусть оно выглядело мрачным и туманным, подобно покрытому гнилостными испарениями болоту… но все же это было будущее. А болото не может быть бесконечным. Во всяком случае я на это очень надеялся.
