Лекарь Империи

Но то, что он так занервничал и начал выдумывать какие-то подписки, только укрепило меня в мысли, что я на правильном пути. — Можешь пока оставить свои тайны при себе. Но имей в виду, я все равно докопаюсь до правды. Рано или поздно.

Фырк что-то недовольно пробурчал себе под нос, но спорить больше не стал. Кажется, я его все-таки немного озадачил. Этот маленький хитрец явно что-то скрывал, и это «что-то» было очень интересным.

Тут я вспомнил про пациента, чья история болезни меня так заинтересовала еще днем. Ага, вот и его палата.

Гераськин Семен Петрович, шестьдесят два года, послеоперационный период после резекции желудка по поводу язвы.

— Так, Фырк, хватит философствовать, — я прервал наш увлекательный диалог о множественности миров. — Давай-ка делом займемся. Вот этот пациент, Гераськин. Что-то мне его анализы не нравятся. Анемия нарастает, лейкоциты не снижаются, боли в животе непонятные… А ну-ка, слетай, посмотри, что там у него внутри происходит. Только очень внимательно.

Фырк недовольно фыркнул, но спорить не стал.

Видимо, перспектива покопаться в чужих внутренностях его все-таки прельщала больше, чем абстрактные разговоры. Он метнулся в палату и уже через пару минут вернулся, на удивление, какой-то растерянный.

— Странно, двуногий, — пробормотал он, почесывая за ухом. — А я там ничего такого не увидел. Ну, то есть, конечно, послеоперационные изменения, отек небольшой, швы… Но ничего криминального. Кровотечения нет, гнойников тоже, анастомоз состоятельный. Все вроде бы в пределах нормы. Может, ты зря паникуешь?

Это было очень странно.

Я был почти уверен, что у Гераськина что-то не так. Анализы намекали на это. Но Фырк… Фырк никогда раньше не ошибался. По крайней мере, в таких вот внутренних осмотрах.

Может, я действительно что-то не так понял в его анализах? Или Фырк что-то упустил? Такого не может быть… или все-таки может? Я задумчиво пошел дальше по коридору, а мысль о Гераськине никак не выходила у меня из головы. Оснований не доверять Фырку у меня пока не было. Но и своим врачебным чутьем я привык не пренебрегать.

Когда я проходил мимо сестринского поста, меня окликнула Кристина Волкова. Она, оказывается, тоже сегодня дежурила. Выглядела она, как всегда, сногсшибательно, даже в простом медицинском халате и без капли макияжа.

— О, Илья, а ты что здесь делаешь? — она удивленно посмотрела на меня. — Я думала, ты уже спишь без задних ног после своего триумфа.

— Какой уж тут сон, Кристина, — я улыбнулся. — Работа не ждет.

— Да уж, — она хихикнула.