6
0
— Воришка, как ты посмела войти в нашу кухню, - голос моего нынешнего редкоусого братца взорвал тишину, которую разбавляло до этого лишь благостное побулькиванье в котелках, да шкворчание рыбы, пригорающей к сковороде.
— Это ты мне? – Я встала навстречу брату. Теперь я рассмотрела его детально: Худой, как дранка, высокий, почти на голову выше меня. Тонкие запястья, длинные пальцы, тонкая шея, прямо держащая эту красивую голову, которую я мечтала зажать между коленями и побрить тем самым тупым ножом.
— Алисия? Где твоя служанка? Ты знаешь, что она своровала еду в нашей кухне? – ноздри у него раздувались как парашюты, отчего мне снова стало смешно.
— В вашей кухне с кем? – переспросила я. – Если ты Лидию хоть пальцем тронешь, пожалеешь, что родился!"
"— В нашей с… - он понял, что договаривать нельзя и остановился. Мое поведение, скорее всего, не свойственное его сестре напугало его.
— «С»? – наклонив голову и чуть сузив глаза, копировала его я.
— Что ты здесь делаешь? – он отвернулся и заходил, словно лев по клетке.
— Берестю, но ты не знаешь, что это такое.
— Что? – он, похоже, не ожидал от меня такой прыти, и смотрел сейчас, как на привидение.
— Готовлю еду, потому что голодна. Ты есть не хочешь? – сменив тон на привычный ему, спокойный, полудетский, продолжила я.
— Хочу, но я узнал, что ты заставила моего слугу носить лавки в твою комнату, а он должен готовить для нас, - снова загоревшись своей претензией, ответил братец.
Я отметила, что мы, все же, похожи. Цвет волос, длинная шея, карие глаза.
— Я жду вас с братьями в… там, за столом, - не разобравшись, как они называют зал, пробормотала я и повернулась к сковороде. – Помоги мне ее перевернуть, иначе, уроню. Останемся без еды, - спокойно, будто мы те же брат и сестра, сказала я.
— Я? Сковороду? Ты сошла с ума, Алисия! Я граф! Я хозяин земель, которые нельзя объехать за три дня! – он визжал, как свинья, которую режут, а я смотрела на него вылупив глаза, как это совсем недавно делала Лидия.
— Ты малолетний дурак, решивший, что все растет на деревьях, а крестьяне, которых ты обирал до нитки, будут терпеть твой произвол!
Он замолчал, но часто начал дышать и спиной начал двигаться к выходу. – Стоять! – ударив по сковороде огромным ножом, крикнула я и он замер.
— Алисия? – шепотом спросил он.
— Алисия! И с этой минуты я – хозяйка в доме.
