Край чужих земель

Света от них было, конечно, меньше, чем если бы это было стекло, но все равно, можно было не зажигать свечи или масляные горелки, которые нещадно чадили. Окна походили на фальш-окна из моей прошлой жизни. Это такие стилизованные оконные проемы с опущенными рулонными шторами, за которыми располагался источник света. Матовое свечение, не яркое, но приятное глазу. В солнечные дни наши окна станут еще краше.

Девушки постарались, и шторы вокруг окон получились богатыми: от потолка и почти до пола, широкие, со складками. Для них такие занавески были в новинку, но я настояла на своем, и сейчас была рада.

Мы с Марией заняли столик в углу, и, скорее всего, были похожи на гостей. Это было нам на руку – можно было последить за людьми, присмотреться, на что они обращают внимание.

Как только купцы отправились к рядам, мы неспешно оделись и пошли за ними. Мне хотелось понять, всё ли работает так, как мы задумали. Часть товаров они выложили на прилавки, часть осталась в санях, которые поставили под навесы. Истан должен был проследить за тем, чтобы за санями присматривали люди из деревни, а не пришлые работники.

Еще пятеро купцов прибыли после обеда. Все старались заселиться поплотнее, чтобы не платить лишних денег. Оценили они и то, что за лепешки с медом платить было не нужно. Тем, кто оплатил комнату, они доставались бесплатно. После перекуса они торопились занять места на рынке. Легкий снегопад был нам на руку: люди видели наши грейдеры в работе, а еще это значило, что другие дороги подзаметёт, а наша останется чистой.

Работы по стройке двух других домов не прекращались, но рабочие часто слонялись по рыночным рядам: любопытство к приезжающим гостям тянуло людей к площади.

— Алисия, скоро начнет смеркаться, а у нас так и нет проезжих. Купцы заметно недовольны. А Истана вообще лучше не трогать, - заметила Мария, когда я и сама уже начала переживать. Да, Истан молча пообедал, потом, ближе к вечеру, пришел в кухню, чтобы налить чай и сел за один из столов.

Я не подсела к нему, и наблюдала осторожно, как он трет подбородок, оглядываясь на любой шум со стороны двери. Но людей не было."

"Суета улеглась, как только солнце село. Снег повалил стеной. Где-то вдали выли волки. Рабочие разбрелись по своим домам, купцы, недовольно бурча, свернули лавки и ушли по комнатам. Ужинали молча и косо смотрели на кухарок и горничных.

Мария, скорее всего, понимала, что говорить о ситуации нет смысла, а у меня внутри росла холодная глыба отчаяния.