Кошмарных снов, любимая

В какой-то момент Эрик захотел ее поцеловать, наклонился, упершись рукой в стол, но образ Брента в голове Джесс стал вдруг таким ярким, что на нее нахлынул приступ отвращения и иррационального ужаса. Руки Эрика казались чужими. Аромат корицы и ванили – приторно-удушающим. А все вокруг – чуждым и нелепым, лишенным смысла.

Не понимая, что делает, Джесс дернулась и опрокинула горячий кофе на стол и на себя. Белоснежный халат тотчас пропитался напитком, став грязно-коричневым на груди и животе. Девушка вскрикнула, но не от боли, а скорее от неожиданности, и вскочила на ноги.

Эрик среагировал моментально – схватил полотенце и попытался оттереть пятно.

– Сильно обожглась? – спросил он, нахмурившись.

– Нет, – мотнула головой девушка. – Кофе успел остыть.

– Видишь, алкоголь плохо повлиял на твою мелкую моторику, – улыбнулся Эрик, вытирая лужу кофе со стола и капли с пола. – Не подумай, что я что-то запрещаю тебе. Я лишь забочусь.

– Я знаю, – слабо улыбнулась Джесс. Все говорили, что ей повезло с женихом – красивый, умный, заботливый. Мать считала кандидатуру Эрика наиболее подходящей из всего окружения дочери. «Он любит тебя, – уверенно говорила она Джесс, не без основания считая себя достаточно зрелой и умеющей разбираться в людях. – И любит тебя гораздо больше, чем ты – его. Поверь, дорогая, это важно. Мужчина должен любить больше». Джесс всегда считала, что любить должны с одинаковой силой, однако маме свои мысли не озвучивала, держа их при себе. Мать никогда не узнает, что однажды Джесс любила – и любила с меньшей силой, чем должна была. А если бы любила с большей, то не сделала бы ошибок.

Девушка переоделась, не без внутренней опаски зайдя в спальню, словно вновь ожидая увидеть там окровавленного Брента – привет из прошлого, однако в комнате продолжало все так же ярко светить ласковое солнце, и не было ни намека на то, что кошмар может стать реальностью."

"Когда она спустилась вниз, на ходу стягивая резинкой подсушенные волосы, Эрик захотел поцеловать ее вновь, и если всего несколько дней назад она спокойно отвечала на поцелуи, пытаясь быть нежной, то сейчас ее вновь охватила легкая тошнота. Касаться чужих губ не хотелось категорически. И даже то, что жених держал ее обеими руками за талию, доставляло дискомфорт.

Она уклонилась от поцелуя, опустив голову. Эрик, поняв, что что-то не так, медленно отстранился, убирая руки.

– Что с тобой?.. – внимательно посмотрел на нее он. Но ответить девушка не успела – в дверь позвонили. И она с неожиданным облегчением поняла, что вовремя.

Видимо, во всем виновато похмелье.

– Я открою, – сказал Эрик и направился к двери, а Джесс дрожащими пальцами взяла новую чашечку кофе, которую специально для нее приготовил жених.