Не придётся возвращаться домой в мокрой футболке и джинсах.
Фен в ванной комнате отсутствует, поэтому я тщательно вытираю волосы полотенцем и завязываю их в тугой высокий пучок. Одеваюсь, долго смотрю на себя в зеркало и возвращаюсь в спальню. Судя то траектории движения, Яр как раз собирается уходить.
— Я заказал тебе завтрак, — произносит он. — Скоро принесут.
— Ты уже уезжаешь? — интересуюсь как можно равнодушнее.
— Просто машину поближе перегоню. Только час назад разобрались с ебучим деревом.
Оставшись в комнате одна, я проверяю сообщения от бабушки. В Торонто сейчас три часа ночи, они с Верушкой спят крепким сном, поэтому я не бужу.
Я покажу дочери всё. Как жила, что любила. Уверена, мне будет чем её удивить.
Спустя пять минут в номер приносят завтрак: овсяную кашу с ягодами, сырники и чай. Крепкий, сладкий, с лимоном. Точно, как я люблю.
Несмотря на болезнь аппетит присутствует. Я съедаю всё до последней крошки, включив телевизор и фоном просматривая известное ток-шоу.
И как теперь себя вести? Делать вид, что ничего не случилось? Ограничить общение до самого минимума? Или вовсе сменить адвоката? Уверена, что Яр не слишком расстроится. У них с Владом давно натянутые отношения.
Закончив с трапезой, я забираю из номера все свои вещи и выхожу на улицу. Закрываю дверь, возвращаю ключи на ресепшн и благодарю за радушный приём.
Заметив автомобиль Ярослава, который плавно заезжает на территорию, нервно перекатываюсь с пятки на носок и обратно. Делаю вид, что увлечена осмотром окружающей обстановки, но это вовсе не так. Да, мотель симпатичный. Здесь красиво и комфортно — ночью я не успела это отметить.
Жаров тормозит аккурат возле меня. Я дёргаю дверную ручку и забираюсь на переднее сидение. Выдержать бы этот мучительный час дороги и спокойно выдохнуть.
Как оказалось, два года — это катастрофически мало для сердечной раны моего масштаба.









