4
0Мокрый до чёртиков в своих штанах и обтягивающей белой футболке. Яр раздраженно заводит двигатель и, бросив на меня короткий взгляд, интересуется:
— Может снимешь одежду?
Я удивлённо выпучиваю глаза. Чтобы скрыть нервозность, тянусь к ремню безопасности.
— Ты серьезно? — качаю головой. — Я не собираюсь перед тобой раздеваться.
— Простудишься, — резонно замечает Яр.
— Это куда лучше, чем сидеть голой в машине бывшего мужа.
Ярослав едва заметно улыбается и заводит двигатель. Я внимательно слежу за его мимикой, пытаясь понять, не узнал ли он того, чего не должен был.
Дорога назад сначала усложнена отсутствием асфальта, затем очередным сильнейшим ливнем, из-за которого ничерта не видно. Но, тем не менее, Яр едет на приличной скорости. Я даже не удивлена, что он добрался до посёлка меньше чем за час. И это при жутких погодных условиях. Сергей же ехал осторожно и куда медленнее.
Дворники с трудом справляются с потоком воды, ветки деревьев клонятся почти к земле из-за чего создаётся впечатление, что дерево вот-вот упадёт на капот автомобиля. Или того хуже — на крышу. Поэтому я еду, вжавшись в сидение и мысленно читаю молитвы.
— Он сделал тебе больно? — вдруг спрашивает Яр, потирая ладонью подбородок.
— Нет.
— А что сделал?
Я отворачиваю голову к окну. Делаю глубокий вдох и выдох. Меня сейчас просто стошнит.
— Не твоё дело.
"— Мы можем поехать в участок, но, блядь, у нас в уголовном кодексе с этим серьезные пробелы. Это в Штатах или Германии сексуальным домогательством считается даже прикосновение руки. Здесь же, чтобы что-то доказать, нужно иметь на руках видеозаписи или записанные на диктофон непристойные замечания. Но мы можем попробовать. Я сделаю максимально возможное.
— Ясно.
— Это всё? — хмыкает Жаров.
— Да, это всё. Лучше за дорогой следи, — отвечаю как можно хладнокровнее. — Ты работаешь по делу Влада, Яр.
Он крепко сжимает руль до побелевших костяшек. Воздух в салоне становится плотным и наэлектризованным. У меня на волоски на коже встают дыбом и покалывает кончики пальцев.
Вдруг раздаётся противный визг тормозов, я успеваю выставить вперёд ладони. Слегка ударяюсь лбом, но не критично. Спасает ремень безопасности.
— Как ты? — тут же спрашивает Жаров, глядя на меня поблескивающими глазами.
— В норме. А ты?
Мой вопрос остаётся без ответа.
