— Вов, ты чего? Когда это ты нам мешал? Мы же с первого класса всегда везде вместе были.
Не отвечает. Ложится на траву и закрывает рукой глаза от солнца. Мое чувство вины усиливается. Начинает неприятно саднить. Так, Лиля, успокойся. Ты свободная девушка и Вове ничего не обещала.
Никита вылезает из воды через пять минут и совершенно точно никакого чувства вины перед Вовой не испытывает. Но не подходит к нам, присоединяется к Серёже и паре других парней. Удивительно, что он не подошёл к девочкам. В частности, к расфуфыренной Полежаевой и ее подружкам. Неужели не попытается снять на ночь одну из них?
До конца вечера Никита держится преимущественно с парнями.
При каждой мысли о том, что скоро появится Никита и исполнит мое желание, поджилки трясутся.
Я хожу по острому лезвию, играю с огнём. Как парня я Никиту никогда не заполучу, а как друга рискую потерять. Как после этого жить, не имею ни малейшего понятия. Если я лишусь общения с Никитой, это будет означать мою смерть. Оно мне нужно как воздух.
Выйдя из ванной, сначала долго сушу волосы, потом зачем-то делаю на ночь макияж.
Еще через полчаса меня начинает клонить в сон.
Не придёт, думаю. Ну, может, и к лучшему. Снимаю с постели покрывало, как в дверь раздается стук.
Стук повторяется. Наверное, это Вова. Пришел спросить, все ли в порядке. Но неприятное предчувствие уже зашевелилось в груди. На непослушных ногах дохожу до двери и открываю.
— Не спишь, Ведьма? Я приготовил для тебя костёр.
Глава 10. Шкаф
Лиля
Внутри все опускается. Он пришел. Стоит с лукавым выражением лица, глаза полны похоти и порока. Не дожидаясь, когда я приглашу, отодвигает дверь в сторону и проходит. Сбрасывает с плеча сумку, с которой приехал, и осматривает комнату.
— Миленько.









