4
0Со временем научился чему-то вроде расщепления скверны, и не приходилось оставлять осадок, но всё же я чувствовал, как пропитываюсь тёмной магией, и она меняет меня изнутри. Это настораживало, так что я решил прекратить эксперимент и вернулся к парням.
— За время вашего отсутствия происшествий не было! — рапортовал Влад.
— Отлично… Сколько ещё осталось ждать?
Он взглянул на мониторы, нахмурился, изучая данные, а затем выдал:
— Думаю, часов шесть.
— Ох ты ж, — выдохнул Паша. — А я чёт уже жрать захотел.
— Так ты ржавчины попробуй! — не удержал остроту Воронин.
— Да иди ты, Ванёк… Со швабрами танцевать.
━─━────༺༻────━─━
Наступление Южной армии по дороге на город Осака.
Тёмные ёкаи ордами надвигались на колонну со всех сторон. Громыхали турели и пулемёты, орудия сотрясали землю, оглушали, пуская в воздух алую пыль. А маги разили клинками, огнём, молнией, ветром.
Армия непреклонно двигалась к своей цели, словно рассекающая пространство стрела. И её острием было пламя Великого Дракона Такеда.
Изаму шёл во главе колонны и периодически взмахивал крыльями, сжигая ёкаев десятками, а то и сотнями.
Для него это было непросто. Не в том смысле, что приходилось менять кристалл за кристаллом. Нет, это было тяжело, конечно, но Изаму выдержит.
Непросто было убивать ёкаев.
С самого рождения Изаму учился с ними взаимодействовать, сосуществовать. И вот всё покатилось в бездну. Япония сейчас горела в агонии, как и ущелье, обожжённое пламенем Дракона. Мао возродился — в этом нет сомнений. Вот только зачем Повелитель Демонов решил вмешаться в войну людей?
Это вызывало столько вопросов, что заставляло ярость вновь и вновь бурлить в груди.
— Рр-р-ра-а! — взмахнул Изаму мечом, и огненный серп прошёлся по предгорью, выжигая демонов на своём пути и оставляя за собой чёрную полосу.
Неподалёку, за спиной, шагал Александр Соколов. Его мастерство владения огнём тоже впечатляло. Наверное, среди всех самураев не найдётся того, кто смог бы соперничать с этим взбалмошным графом. Кроме самого Такеда, разумеется.
Они оба выбрали путь огня, но шли по нему совершенно разными способами.
Изаму сдерживал пламя внутри и позволял ему вырываться, только когда того требовала ситуация.
"Но Соколов был другой. Он не желал сдерживаться. Он выплёскивал эмоции, и хорошие, и плохие, как только они появлялись на душе. И с огнём у него были иные отношения, они будто шли рука об руку, веселясь и напевая матерные солдатские песни.
Наверное, Александр когда-нибудь превзойдёт Изаму. Но это будет не так уж скоро.
