4
0
— Вот этот документ подтверждает, что Адам Сидорович Гельд не имел никаких намерений захватить акции Динары Алексеевны Земской.
Удар!
— Показания свидетелей, выписки, заверенные оператором мобильной связи, копии документов о передаче в дар мотоцикла «Тайга» в качестве вознаграждения за содействие на имя Игоря Сергеевича Разина.
Прописал двойку!
— Как полномочный представитель истца, заявляю, что Динара Алексеевна не обладала полнотой информации и была подвергнута обману со стороны Разина и Гельда! — воскликнула Загорская.
Её адвокат подкрепил заявление пачкой документов, но Верещагин с лёгкостью уклонился от этого удара, защитившись всего парой скреплённых листов.
— Здесь заверенной печатью и всеми необходимыми подписями анализ коллегии финансистов Императорской академии экономики. Действия Адама Сидоровича были спорными, но направлены они были на улучшение финансового состояния предприятий. Никаких следов планируемого захвата активов не выявлено.
И тут же кинул ответку:
— А вот действия госпожи Загорской можно расценивать двояко, Ваша Честь! — от этих слов княжна побагровела, и у неё задёргался глаз.
Короче, гасил в сухую!
Когда мы вышли на улицу, я глубоко вздохнул, чтобы освежить голову. Будто поучаствовал в настоящем сражении.
Верещагин остановился рядом с довольной ухмылкой, кинул на меня ехидный взгляд, а затем мы синхронно проводили глазами спешащую прочь Загорскую, которая не удостоила нас даже мимолётным взглядом.
Но тут я обратил внимание на еще одного персонажа. Польский княжич Матеуш Понятовский шагал вверх по лестнице в сопровождении отряда военной полиции и Стефана Потоцкого. Чучело был очень недоволен, что-то ворчал про отца, связи и вообще так сильно возмущался, что даже не заметил меня. А вот Стефан увидел, но лишь коротко кивнул и, кажется, постарался загородить собой меня.
Пока эта делегация проходила в двери, Загорская уже влетела в машину, громко хлопнула дверью,, а затем машина сорвалась с места и умчалась прочь.
— Люблю эти мгновения после славной победы, — протянул довольным голосом Болеслав Богданович. — Через неделю повторное заседание, но не беспокойтесь. Оно нужно, только чтобы определить диаметр и глубину той задницы, в которой окажется эта высокородная мадам.
— А вашу визитку можно сохранить? — вдруг спросил я.
