18
0
— Нет, милая, — отвечаю я с кривой улыбкой, которая должна была выйти мягкой и убедительной. Неуверенно говорю. — Варя может преувеличивать.
— Зачем ей врать?
Алинка хмурится:
— Не хочешь, не звони папе. Давай я папе, а ты Варе? Короче, я звоню папе, а потом Варе. Сама.
Алинка недовольно морщит нос, касается экрана смартфона и раздаются гудки. Поставила на громкую связь, чтобы я все-таки услышала голос Романа."
"— Алина, — я чуть не подскакиваю с кресла от холодного, как сталь, голоса Ромы, — мы сели ужинать. Перезвони позже, а телефоны мы выключаем.
— Пап, у вас все нормально?
— Да, мы ужинаем.
Рома сбрасывает звонок, а я прихожу в себя, крепко вцепившись в подлокотники.
— Мам, что-то не так.
Да я по голосу Романа услышала, что что-то не так.
И при чем здесь Наташа, которая истекает кровью в сообщении Вари? Меня начинает подташнивать от липкого испуга.
— Мам…
Я тянусь к смартфону, что лежит на журнальном столике у стопки книг.
— Мам, если папа сказал, что они ужинают, то он свой и Варин телефон отключит, чтобы никто не мешал. Надо ехать, мам.
Перевожу на нее загнанный взгляд, и она вскакивает на ноги:
— Тогда я сама поеду! Блин, мам!
Какова вероятность того, что рома порешил Наташу после нашего с ней разговора?
Нет, это какая-то глупость.
— Твоя сестра сейчас могла придумать небылицы, чтобы мы собрались и рванули к ним…
Алинка с угрозой на меня щурится:
— Мы просто их проверим, мам.
По спине опять бежит холодок.
— Я позвоню Наташе, Аль, — прикладываю телефон к уху.
Но отвечает мне не Наташа и не ее бабушка, а какой-то мужик, который недовольно цыкает и вздыхает:
— Валерия, вы знаете, как записана у Наташи в телефоне?
— Вы еще кто?
— Вы записаны как “Мерзкая сука”, — игнорирует мой вопрос.
— Вы кто такой?
Меня начинает трясти, и я совершенно ничего не понимаю.
— Я думаю, что Роман и к вам скоро кого-нибудь приставит, чтобы вы не чудили, — мужчина опять тяжело вздыхает, — я — Николай. Лично с вами мы не знакомы, но я работаю на Романа. Уже лет семь.
— Да ты чо обалдел, какие семь лет? Десять, — отвечает на стороне другой мужской голос и что-то жует. — Десять лет пашем.
— Я не понимаю… Где Наташа?
— Все вопросы к Роману, — Николай тут же становится отстраненным.
— Блять, Коля, поворот!
— Спокойно, все под контролем! — зычно отвечает Николай и вежливо обращается ко мне. — До свидания.
Только вот Коля не очень умный или он пальцем промахнулся, но звонок он не сбросил.
— Если эта шваль подохнет, то нам прилетит, как думаешь?
— Не знаю, — мрачно отзывается Николай. — Может, придуривается, чтобы привлечь к себе внимание. Хуй знает.
