18
0Никогда, мать вашу, не охал и не вздыхал, что я с кем-то из вас ждал мальчика. Кто, Варя, вам вложил в голову эту идею.
Варя бледнеет. Она пугается моего тона и взгляда.
— Я устал, Варя, слушать весь это бред про мальчиков, — поскрипываю зубами. — Что мама ваша, что ты, что Алина. Девочки, мои милые, мои хорошие, — делаю шаг к Варе и рявкаю, — насрать мне на ""мальчик или девочка""! Кто, Варя, кто?
— Мне надо помыть пол, — Варя тушуется и торопливо ретируется, — чо так разорался, блин. Психованный придурок.
— Это была ваша бабушка? — я не оставлю этот вопрос. — Варя!
Варя в ответ ныряет в кладовку.
— Варя! — распахиваю дверь. — Выкладывай.
Молча тянется к ведру под высокой полкой с чистящими средствами.
— Значит, бабушка нажужжала?
— Какая разница кто, — бурчит Варя.
Все-таки моя бывшая теща постаралась. И тесть, наверное, присоединился. Языки как помело. Вот они, суки, любят поохать и пахать, какая беда случилась с Лерой и что нам был нужен обязательно мальчик.
Я затыкал их, и при мне они молчали на эту тему. Похоже, только при мне.
Вот отдам Варю в секцию единоборств, и они все перевернут, что я хочу из нее мальчика сделать.
— Хорошо, я переговорю с вашей бабушкой, — шагаю прочь и медленно стягиваю галстук. — Вот же мымра.
— Только не убивай ее, — Варя выходит за мной с ведром.
— Много чести, — оборачиваюсь, — и теперь я точно против того, чтобы вы с бабушкой и дедушкой тесно контактировали. В кармане вибрирует телефон. Выуживаю его из кармана и несколько секунд смотрю на имя одного из парней, которых приставил к Наташе. Одно из моих строгих требований было, что звонить мне стоит только тогда, когда есть серьезный повод.
— Папа? Кто звонит? — испуганный голос Вари вновь становится едким, — Наташа? Решила позвать на свиданку?
Глава 26. Чудовище
— Что, Коль? — принимаю звонок. — Говори.
Варя обходит меня с ведром и тряпкой и встает прямо передо мной. Ловлю себя на мысли, что она сейчас как даст мне этим ведром, если я опять ее проигнорирую.
Ну, мне не на кого валить вину, кроме как на себя.
Варя в меня такая вспыльчивая. В ней четко прослеживаются мои гены. Алинка помягче и похитрее, а это прямая и решительная.
— Тут скорая, — напряженно говорит Коля.
— Изверги! — слышу знакомый старческий голос, который переходит на визг. — Да пустите же вы!
— Что у вас там? Бабка опять помирает?
Почему-то начинает подташнивать, а Варя хмурится сильнее.
— Тут столько крови, — Коля цыкает. — Рожать, что ли, начала?
— Какой рожать? — я напрягаюсь. — Восьмой месяц. Рано.
— Тогда, все хуево, босс, — равнодушно подытоживает Николай. — У нее все платье в крови. Ноги в крови. Жуть, короче.
— Ее надо увозить! — раздается недовольный женский голос.
