15
0И в интернет попало, блогеры же сейчас все, мать их…
— Я понимаю… Но возможно, кое-какие смягчающие обстоятельства…
— Да какие? Какие могут быть в такой ситуации смягчающие обстоятельства? Город понес убытки на миллионы!
— Состояние аффекта, например…
— У кого? У оперативника УСБ? Ты хочешь, чтоб сюда полномасштабная проверка заехала?
— Ну… Понимаете, у любого нормального мужчины может возникнуть состояние аффекта, если его жена в опасности… — мурлычет моя римская патриция… или как их там называли?
Ася делает небольшую паузу и добавляет:
— Беременная…
Я сначала думаю, что ослышался, смотрю на Асю, моргаю и , наверняка, выгляжу на редкость тупо, потому что она, засекая краем глаза мое охреневшее лицо, поворачивается и говорит мягко, успокаивающе:
— Хотела сказать… Но не успела, тебя вызвали… Сама только сегодня узнала… Но это же неважно, когда, правильно, Матвей Степанович? Главное, сам факт…
И до меня доходит:
— Че-го? Ася!
— Блин, Федотов, — она опять поворачивается ко мне и с легкой досадой смотрит в глаза, — ну я же сказала… Что непонятного?
— Все! Все, блять, непонятно!
— Вова, тут начальство…
— Похер!
— Я бы попросил…
— Товарищ подполковник, — разворачиваюсь я к нему, — требую снять с оперативной работы мою жену! И перевести ее на легкий труд! В канцелярию!
— Вова!
— Нехер! Слушать не хочу! Охереть! Ася!
— Эх, Федотова… — вздыхает Свен, — вот почему не люблю баб брать на работу.
— Это не косяк, товарищ подполковник, — обрезаю я его, — это моя жена. И мой будущий ребенок!
— Да понятно… Поздравляю, Федотова… И тебя, Федотов, поздравляю… Она тебя в очередной раз за волосы из болота вытянула.
— Не понял вас…
— Да где тебе, дубине… Ладно, пока свободны. Потом показания ваши запишут, надо будет мне для отчета.
— А что насчет перевода моей жены на легкий труд?
— Вова!
— Разберемся, Федотов, или ты думаешь, что я мать своего крестника на передовую отправлю?
— Я вот сейчас вообще не знаю, что думать…
— Вова!
— Свободен, Федотов! И ты иди, Ася, успокаивай своего мавра…
— Спасибо, Матвей Степанович…
В коридоре я, оглянувшись, тяну Аську в сторону комнаты для ведения допросов, сейчас пустующей, и там, закрыв дверь, жестко прижимаю ее за плечи к стене, смотрю в глаза:
— Федотова, не пиздишь?
— Да какое там… — вздыхает она, а затем бьет меня по ладоням с досадой, — а все ты! “Нормально все будет, нормально”, — передразнивает она меня, — вот оно, твое нормально!"
"— Сама говорила, пока кормишь, нельзя залететь… — хриплю я, умирая в ее огромных глазах и только теперь осознавая полностью смысл ее слов.
