3
0
Хочется обессиленно сесть прямо на коврик, обхватить себя руками и биться головой о колени.
«Нет-нет, нельзя», – пытаюсь успокоиться.
Вытираю льющиеся слёзы. Перевожу дыхание.
К маме в таком состоянии я не поеду. Не смогу выдержать косых взглядов людей по пути.
Это секундная передышка. Вскоре мне снова станет жалко себя, и я разрыдаюсь с новой силой.
А пока бью себя по щекам.
Соберись, хотя бы на минутку!
У владельца квартиры должны быть запасные ключи. Он просто привезёт мне их, когда я позвоню Динару и попрошу его помочь. А для того, чтобы говорить с Юсуповым, нужно вернуть голосу хоть немного бодрых ноток. Выплакаться к моменту, когда он приедет.
А, и ещё, самое сложное… Найти человека, который даст мне телефон.
Оглядываюсь на пустой лестничной площадке, где находятся всего две квартиры. Моя – и напротив.
Всхлипываю и ощущаю новую волну истерики.
Стоит попытаться связаться с соседями…
С трудом подхожу к двери, в надежде нажимаю на звонок. Тут же обхватываю себя руками и пытаюсь унять крупную дрожь.
Почему всё случилось именно сегодня?..
Сначала Аделина, потом Паша, а теперь это…
Сил просто не хватает.
Барьер, всё это время сковывающий меня, треснул. Не выдержал навалившегося негатива. И доченьки рядом нет, чтобы успокоить.
Боже, моя крошка…"
"Невольно вспоминаю, как она отчаянно тянулась к человеку, которого называла «папой». А он отмахивался от неё, делал вид, что ничего не замечал.
И сегодня я понимаю, почему.
Впиваюсь пальцами в плечи и отчаянно проклинаю Пашу.
Он сделал больно не только мне, но и конфете, которая так нуждалась в отце.
Замок рядом щёлкает, и я вздрагиваю, поднимая взгляд и слыша знакомый голос:
– Зачем ты вообще к ней приходила?
Сердце падает вниз. Окончательно. Разбивается вдребезги то ли от радости, то ли от замешательства.
Человек, в котором я так нуждаюсь, появляется в поле зрения.
Динар… Словно глоток свежего воздуха. И он стоит на пороге соседской квартиры…
Глава 66
– Я перезвоню, – строго говорит Динар, нахмурившись. Отключается, пытаясь машинально убрать телефон в карман брюк. Но вместо них – белоснежное полотенце, повязанное на бёдрах. И я теряюсь, заметив его. Он что… купался? – Милка, что случилось?
Он обеспокоенно делает шаг вперёд, обхватывает большими ладонями мои щёки. Я успела заметить разбитые в кровь костяшки. И сейчас… не знаю, как реагировать.
– Ты почему плачешь? Где Ева?
– У бабушки… – выговариваю с трудом, всё ещё не понимая, почему Юсупов вышел в таком виде из соседней квартиры. – А ты… что здесь делаешь?
Сердце разрывается на куски от той мысли, что…
Нет-нет. Он не может изменять мне. Тем более здесь. Это случайность!
– Живу, – хмурится, вглядываясь в моё лицо и будто разыскивая на нём что-то. – Говорил же, что мой дом недалеко.
