2
0А потом можно будет перевести из главного офиса сюда например Валю… Ты помнишь Валентина?
Я кивнула, потому что реально помнила немного скоромного рыжего с вечной тоской в глазах. Но несмотря на неё, он обладал очень крутым нравом хоть и на первый взгляд производил впечатление мягкого медведя.
— Вот. И уже потом думаю можно будет улететь, — сказал Матвей и положил ладони мне на талию. Тонкая сорочка сразу пропустила сквозь себя тепло его рук, и у меня по спине побежали мурашки.
Так странно. Два года не ощущать его касаний. Два года провести во сне, чтобы за каких-то пару дней все изменить.
Только Матвей так мог. Ворваться, разнести все к чертям, но и быстро построить новое.
— Или можем поехать на машине… — Матвей наклонился ко мне и потерся щетинной мне о щеку, намекая, что поездка будет в старых традициях, с утренним кофе на заправках и горячими ночами в гостиницах. — До нас всего тринадцать часов на машине. Подумай.
Я улыбнулась, вспоминая как один раз мы возвращались из Краснодара на машине и решили не останавливаться до Самары. А когда приехали и расположились в гостинице, Матвей посчитал что до дома оставалось часа четыре от силы, то нахмурился, но все же не стал стенать, что могли спать сегодня уже в собственной кровати. Однако спустя четыре часа муж разбудил меня глупой фразой:
— Ты только не психуй, Уль, но поехали уже домой, — он склонился над кроватью уже полностью одетым, что исключало мой отрицательный ответ, поэтому я могла только усмехаться.
Не удивлюсь если и эта поездка будет примерно такой.
— Можем и на машине, — призналась я и, встав на носочки, дотронулась своими губами губ Матвея. Он углубил поцелуй, сделав его более чувственным, с намёком на то, как все будет, когда муж вернётся с работы. У меня внутри все дрогнуло и наверно это отозвалось тело, потому что Матвей сильнее притянул меня к себе и толкнулся в меня пахом, показывая насколько ему приятен поцелуй.
— Только ты никуда не выходи, — ещё раз попросил Матвей через пару минут, когда мы оба поняли, что ещё мгновение и наверно не сможем остановиться.
— Не выйду, — пообещала я, улыбнувшись, и ещё раз дотронулась его губ губами.
— Я постараюсь побыстрее, — пообещал Матвей, и я кивнула, а потом закрыла за ним дверь. Повернула замок и прижалась спиной к двери.
Это нереально. Все нереально. От поцелуя до всех подробностей того, что между нами произошло. И сейчас пока Матвея нет рядом, я хотя бы могу выдохнуть и понять насколько я тупая курица. Насколько во мне громко говорили комплексы. Как я сама все разрушила.
Я могла бы заплакать. Думаю в моем нынешнем положении это было бы нормально, но перед тем как уснуть я поняла, что если продолжу грызть саму себя, то ничего хорошего не выйдет.
