Мой лунный эльф или как не влюбиться по уши

Так и есть, все места заняты, вернее, почти все. Оставалось одно свободное – в последнем ряду, с краю. Возле знакомой парочки, последние дни упорно ловившей доставшегося мне стрекозла.

Мда… Как говорится, что такое «не везет» и как с ним бороться. Или хотя бы пережить без серьезных последствий.

Эльфы… Эльфы… Эльфы… Куда ни бросишь взгляд, одни белые плащи, золотые волосы, безупречно красивые лица и глаза того нереально голубого цвета, который бывает только у перворожденных. Под заинтересованно-оценивающими взглядами этих самых глаз, как под выстрелами, я, стараясь не споткнуться, прошла к нужному ряду и…

Нет, сесть не успела.

Один из новообретенных врагов – Йонетт, кажется – мгновенно сдвинулся, занимая единственное пустое сиденье, усмехнулся и вызывающе уставился на меня.

И что теперь делать? Не на колени же ему падать? И перепрыгнуть через этого зловредного типа не получится.

Пару секунд мы, не отрываясь, смотрели друг на друга. Пока от двери не раздалось раздраженное:

– Адептка, долго собираетесь стоять? Садитесь и дайте, наконец, начать лекцию. Или планируете сорвать занятие? Тогда так и скажите, я вас отправлю к декану, чтобы не тратить зря время.

Вот и преподаватель появился. Очень кстати.

Первокурсники злорадно притихли, ожидая продолжения представления. Йонетт выдал очередную наглую усмешку. И эта психологическая атака, безусловно, сработала бы, окажись на моем месте девушка из их мира. Меня же ситуация только разозлила.

Спорить при всех, жаловаться, возмущаться не имело смысла – от меня, наверняка, чего-то подобного и ждали. Поэтому я выдохнула, улыбнулась, как можно более лучезарно, и пропела сладким голосом:

– Простите, за задержку, мэтр.

На сиденье попала грязь, и адепт любезно помог мне: почистил его… протер… то есть вытер. Чем мог. – Неопределенно помахала рукой в сторону Йонетта, показывая, чем он все-таки «смог протереть», и закончила: – Не стоило так беспокоиться, но, тем не менее, огромное спасибо. Думаю, все уже в порядке. А что осталось, я платком смахну.

По аудитории прокатились негромкие смешки. Надо же, а перворожденные и веселиться, оказывается, умеют. Эльф побледнел, затем покраснел – мило так, до кончиков длинных острых ушей – и вскочив, прошипел рассерженной коброй:

– Ты… Ты…

Что он собирался сказать, дослушивать не стала – скользнула на освободившееся место, чинно сложила руки на коленях и преданно воззрилась на преподавателя.

Йонетту ничего не оставалось, как опуститься рядом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Передышку в несколько секунд мне все-таки дали, а потом последовала очередная атака.

– Змея… – прошипели на этот раз слева.