7
0
Я взглянула на Марра, безжалостно распятого в нескольких шагах от меня, и ощутила, что начинаю задыхаться от ярости. Кулаки сжались сами собой.
– Ты…
– Да, я, – охотно, даже гордо согласилась эльфийка. – Именно я все устроила, продумала, подготовила и отличную приманку подобрала. Учла, что ты своего противного кошака без памяти обожаешь и в беде не бросишь. В прошлый раз ты выкрутилась, ускользнула, но сейчас тебе от меня не сбежать.
Илайлин звонко рассмеялась, как будто сказала что-то забавное и остроумное. Похоже, ей доставляли искреннее удовольствие и мой гнев, и моя беспомощность.
Ничего, ликуй, пока можешь. Хорошо смеется тот, кто смеется последним. Мне бы только понять, как выпутаться из этого заклятья, и тогда посмотрим, кто из нас в итоге повеселится. Марра я тебе не прощу.
– Кстати, – продолжила эйра Сиар, закончив торжествовать. – Ты не находишь, что так общаться не очень удобно? Не желаешь повернуться и взглянуть на меня? Нет? Почему? Ах да, у тебя же не получится – силовой капкан не позволяет. Так и быть, сама подойду. Окажу тебе последнюю любезность. Мне не сложно, я, в отличие от тебя, путами не связана.
Хруст снега, легкие шаги – и я, наконец, увидела «золотую». Счастливая, разрумянившаяся, как никогда красивая, она остановилась напротив – как раз за радужным куполом.
– Ну, здравствуй, человечка Риана.
– Встречались уже. Утром, за завтраком.
– Разве это встреча? Вот сейчас – совсем другое дело. Сейчас все именно так, как должно быть. Я довольна.
– Самоудовлетворение – великая вещь.
– Мне нужна твоя жизнь, человечка. Твоя жалкая, ничтожная жизнь в мое вечное и безраздельное пользование, – пропела эльфийка и улыбнулась, ласково, почти нежно.
Но меня от этой улыбки холодный озноб пробрал до самых костей.
– Собираешься убить?
Голос предательски дрогнул, как я ни пыталась сдерживаться.
– Убить? – отрывисто хохотнув, переспросила золотая. – Ну уж нет, не доставлю тебе такого удовольствия. Даже не надейся. Я подчиню тебя, завладею целиком и бесповоротно.
– Сумасшедшая… – От нарисованной ею картины меня замутило и стало ощутимо потряхивать. – Это запретная магия. Никто не позволит…
– Хочешь сказать, накажут? – перебила Лайли, презрительно сощурившись. – Что ж, пусть наказывают. Пусть даже казнят. Я не боюсь. Смерть – не позор.
