Увести за 60 дней

Если бы сейчас передо мной, как в сказке, появился волшебный джин – я бы попросила его об одном. Отмотать время буквально на пять минут назад. Для того, чтобы выхватить телефон у Дани из рук – и убежать с ним. Или разбить. Плевать, что он обо мне подумает, что обо мне подумают все остальные. Потому что отправить эти видео Данилу было самой большой ошибкой в череде моих ошибок. Фатальной.

На лицо Данила было невыносимо смотреть. Почему никто, кроме меня, не замечает, что с ним происходит?!"

"- Даня, вернись к нам! – раздался веселый голос Ольги Аркадьевны. Я вздрогнула. А Данил медленно поднял голову.

Лицо его стало бледным до синевы, широко распахнутые глаза смотрели прямо перед собой и ,кажется, ничего перед собой не видели.

- Да, сейчас, мама, сейчас, - проговорил он хрипло. А потом протянул свой телефон Лере.

Вот и настал час икс. Все карты на столе. А моя голова – на плахе.

Валерия несколько секунд с совершенно бесстрастным выражением лица смотрела на экран телефона. Она так долго и молча смотрела, не проявляя никаких реакций, что я подумала: там – не «Том и Джерри», а что-то реально по работе. Я ошиблась в своих предположениях.

И там, в телефоне Дани - какие-то важные документы по важному проекту, а Даня просто показывает их Лере, а она их с умным видом изучает.

С грохотом упал стул, когда Данил резко встал. Лера осталась сидеть. Он смотрела на нее сверху вниз.

- Ничего не хочешь мне сказать? – отрывисто спросил он. Валерия медленно покачала головой.

- Данечка, что случилось? - голос Ольги Аркадьевны теперь звучал не весело. А обеспокоенно.

- Ничего, мама, ничего. Мне надо выйти.

Он сунул телефон в карман джинсов, пнул стул – и пулей вылетел из зала.

Дальше начался хаос.

Ольга Аркадьевна кинулась к Лере и принялась ее тормошить и расспрашивать. Олег Анатольевич решил оказать моральную поддержку жене. Остальные тоже придвинулись поближе туда, где происходило что-то интересное – запахло скандалом. Леру от меня совсем закрыли. Да и не хотела я на нее смотреть сейчас.

Схватив сумочку, я быстро прошла в том же направлении, что и Данил.

* * *- Будешь?

Данил стоял у входа в ресторан и курил. Нет, он не просто курил. На конце сигареты, который то и дело разгорался красным, словно сжигалось, сгорало что-то.

Господи, как я устала от этого пафоса, бесконечной драмы и собственного чувства вины.

Не-вы-но-си-мо. Я молча выдернула у него из рук пачку сигарет. Вот и в третий раз исполняется этюд «Курим и молчим».

- Свадьбы не будет, Лиль, - каким-то неестественно спокойным голосом вдруг сказал Данил. – В этот раз – точно. И окончательно.

- Я знаю.

- Откуда?

Я некстати поразилась тому, как спокойно мы говорим. У меня вот прямо сейчас ломается жизнь, и хрен с ним, с пафосом, - потому что я это чувствовала так отчетливо, что даже хруст слышала.