6
0
Гонория всегда считала, что охота куда больше изматывает не людей, а дичь, но предпочла оставить свое мнение при себе и только осторожно заметила:
– Любопытно, отчего это сегодня утром они отправились на охоту, а не в церковь?
– Не мое дело указывать молодым джентльменам, как им себя вести, – чопорно произнесла миссис Ройл. – Разумеется, если речь не идет о моих сыновьях. Они обязаны слушаться меня всегда и во всем.
Гонория попыталась уловить в этом заявлении намек на иронию и, не обнаружив оного, только молча кивнула. У нее появилось отчетливое предчувствие того, что будущего мужа Сесили непременно причислят к разряду «обязанных слушаться всегда и во всем».
Бедняга, чье имя пока неизвестно! Поймет ли он, на что идет? Окажется ли готов к испытаниям?
Дэниел однажды рассказал ей, что самый дельный совет относительно женитьбы он получил от леди Данбери, кошмарной пожилой дамы, с удовольствием раздававшей непрошеные советы всем, кто соглашался ее выслушать.
И тем, кто не соглашался, тоже.
Однако Дэниелу ее слова явно запали в душу или по крайней мере запомнились. Какие слова? А вот какие:"
"«Вступая в брак, каждый мужчина должен понимать, что он в равной степени женится и на своей невесте, и на ее матери».
Ну, почти в равной степени. Дэниел сопроводил собственный комментарий хитрой усмешкой. А недоумевающий взгляд Гонории и вовсе развеселил его сверх всякой меры.
Иногда он вел себя как настоящий мерзавец. Тем не менее она скучала по нему.
Да и миссис Ройл, если вдуматься, была отнюдь не плохой женщиной. Она просто твердо знала, чего хочет для своих детей, и решительно двигалась к намеченной цели. А целеустремленные матери – страшная сила, и Гонория имела возможность убедиться в этом на примере собственной семьи. Старшие сестры до сих пор вспоминали времена своего девичества, когда их матушка являла собой такой пример амбициозной родительницы, какого свет (во всяком случае, высший лондонский) не видывал. Маргарет, Генриетта, Лидия и Шарлотта Смайт-Смит, одетые по новейшей моде, всегда оказывались в нужном месте в нужное время и в результате успешно вышли замуж. Пусть не блестяще, но действительно вполне удачно. Причем каждая из них управилась за сезон, максимум – за два.
С Гонорией дело обстояло иначе. Перед ней маячил уже третий сезон, но леди Уинстед не выказывала горячего желания устроить судьбу дочери. Не то чтобы она не хотела выдать Гонорию замуж, скорее просто не находила в себе сил преодолеть апатию.
После отъезда Дэниела она совершенно растеряла свойственную ей прежде решительность.
