3
0С меня подарок… — пообещал Эмин, гундося, потому что младенец полез кусать нос нашего друга. — Я весь в слюнях. Скажите, это лечится? — спросил с надеждой.
— Я бы тебе помог, — пожал я плечами. — Но видишь ли в чем дело! Я сам наблюдаю за подобными моментами с интересом и впервые прохожу стадии отцовства. Так что ничего точно сказать не могу! У Алекса спроси! Алекс?
— Все дети разные! — выдавил мой друг, все еще находясь под впечатлением, что увидел Эмина с ребенком на руках.
— Спасибо, помогли, а еще…
Больше ничего сказать не успел. Младенец Эмина заинтересовался веб-камерой, сдавил ее в кулачке, и все померкло.
— Конец эфира! — сдавленно пробормотал я. — Ты можешь в это поверить?! Почему мы узнали последними?
— О чем узнали?
К нам присоединилась Василиса. Она уходила за новой бутылочкой с молоком для нашей дочурки.
— Эмин родил малыша!
— В это я точно не могу поверить! — рассмеялась Василиса.
— То есть, не родил, конечно, а завел. Здоровенького такого, щекастого. Уже сидит… Получается, что он его нагулял примерно… месяцев назад, — я попытался сосчитать, чтобы выяснить, с кем Эмин накуролесил столь неосторожно.
Может быть, кто-то из его великосветских львиц? Сложные случаи, как он сам любил говорить…
Но подсчеты были осложнены тем, что я точно не знал, сколько месяцев ребенку. Вроде бы как наша Эмилия, или чуть старше? Так резво всюду лезет! Надо бы выяснить подробности у друга лично, подумал я.
Кажется, о том же самом подумал Алекс. Мы обменялись похожими взглядами.
— Бедный Эмин! — вздохнула Василиса. — Теперь его ждет допрос с пристрастием? Вы же от него не отстанете, да?
— Да. Так и есть! — подтвердили мы одновременно.
— Оставьте в покое холостяка, он и так выглядит измученным, — рассмеялась моя жена, взяв дочку.
— Кстати, слышали новость? — оживился Савицкий. — Кое-кто спроектировал у себя в городе парк, там даже есть аллея «Василиса»!
— Вот ты пристал! — скрипнул я зубами. — Хватит напоминать мне о нем.
— Ты не захотел нанести бывшему сопернику визит? — ухмыльнулся Савицкий.
— Стефан Кириллу не соперник. Он просто хотел таким образом принести извинения за прошлое.
— Проникся тем, что Василиса решила не уничтожать его жизнь.
— Он ведет себя хорошо?
— Присматриваю тщательно. Все тихо.
— И он принял?
— Деньги пойдут не ему лично, а сиротам. Так что да, принял. Конечно, сделанного не вернуть, но я думаю, что отец поступил правильно.
— Ты рассказал ему?
— Само собой, рассказал, как только отец окреп, сразу же рассказал обо всем, включая то, как пострадала моя семья из-за его прошлых мутных делишек. Он раскаялся, говорит, что не знал, к каким последствиям приведут его дела.
