Сердцебиение

Я бы мог избежать лишних ненужных разговоров, оттолкнуть девушку и ворваться в квартиру, чтобы забрать свою девочку домой, там, где ей и место. Но я держусь, не желая быть еще большим мудаком.

— Злата! — громко кричу я в надежде, что она выйдет сама.

— Да не кричи ты. Нет ее, — заинтересованно осматривая меня, говорит она.

— А где она?

— А с чего ты взял, что я тебе скажу? — девушка прищуривает глаза и складывает руки на груди, выводя меня из себя. — Что ты ей сделал?

— Слушай меня внимательно, — подступая к ней вплотную, сквозь зубы произношу я. — Я не собираюсь перед тобой отчитываться.

Или ты зовешь Злату, или я сам прохожу в квартиру и забираю ее, — девушка упирается руками мне в грудь и отталкивает о себя. Я поддаюсь ей и немного отступаю, оставляя выбор за ней.

— Ты ее любишь? — в лоб спрашивает она, приводя меня в растерянность.

— Люблю, — ответ вылетает сам с собой, так естественно, что я сам себе поражаюсь. Девушка с минуту молчит, цокает языком, а потом указывает наверх.

— На крыше она. Это ее любимое место. Она всегда там, когда ей грустно. А если ты обидишь ее еще раз, то будешь иметь дело со мной, — угрожающе произносит она, вызывая мою усмешку.

Ничего ей не отвечаю, срываюсь наверх, на место нашей встречи и своеобразного знакомства.

Поднимаюсь на крышу, толкаю дверь, которая с легкостью поддается, и выхожу на крышу, замечая Злату у парапета. Стоит почти на краю и смотрит вниз.

Ветер треплет ее прекрасные волосы, заигрывает с ее платьем, оголяя красивые бедра. А я застываю на входе. Выдыхаю. Вот она моя маленькая. Никогда больше ее не отпущу. Иду к ней, смотря, как она обнимает себя руками, выпрямляет спину и замирает, чувствуя мое присутствие.

Я жду, когда она обернется, жду слез, истерики, претензий и обвинений. Но Злата гордо расправляет плечи, продолжая смотреть вдаль. Подхожу к ней вплотную, хватаю за талию, отодвигая от края крыши, разворачиваю лицом к себе и прижимаю, сильно стискивая талию.

— Уходи. Катись к этой шлюхе и живи с ней! — зло произносит она, пытаясь оттолкнуть меня. А я улыбаюсь как умалишенный, приходя в восторг от ее ревности.

— Ты правильно заметила, она — шлюха, просто ничего не значащая для меня пустышка, — разворачиваю ее, немного толкаю вперед, прижимая к стене входа на крышу.

А она бьет маленькими кулачками меня в грудь и пытается вырваться. Моя эмоциональная девочка, даже не подозревает, какой пожар разжигает внутри меня.

— Видела, как она для тебя ничего не значит. Она трогала тебя, а ты даже не оттолкнул ее! — моя маленькая так вкусно ревнует.

— Ничего ты не видела. Посмотри мне в глаза, — и она смотрит. А я с ума схожу от ее злого ревнивого взгляда.

— Отпусти меня, и иди к… — она не успевает договорить, потому что я закрываю сладкий ротик поцелуем.