Сердцебиение

— Нет! — слишком громко ответила я и вновь замерла, схватившись за живот, словно эта женщина хотела насильно отнять у меня ребенка.

— Ну нет, так нет. Зачем кричать? Я же как лучше хотела, такие девчонки как ты, бояться этого. Наглотаются неизвестных таблеток в надежде по-тихому избавиться от плода, а потом мы их в реанимациях откачиваем."

"— Что Вы несете?! Зачем Вы все это мне говорите? Я не собираюсь избавляться от плода. Прекратите разговаривать со мной в таком тоне и делайте свою работу! — я не знаю, откуда у меня взялись в тот момент силы и смелость высказать все этой женщине, наверное, тогда я по-настоящему повзрослела и поняла, что уже не девчонка, а будущая мать.

— Хорошо, — наконец оторвавшись от бумаг и посмотрев на меня, сказала Елена Андреевна. — На УЗИ тогда иди, я позвоню и тебя прямо сейчас примут без очереди. Потом придешь ко мне, я тебе витамины выпишу и направления на анализы. Не проси поменять врача, сама тебя вести буду. Как положено за тобой наблюдать, а не спустя рукава, как это у нас принято. Не переживай, матери не доложу, сама расскажешь, — уже более серьезно выдала женщина, становясь похожей на нашу соседку, а не язву, которой была минуту назад.

Наверное, только когда на УЗИ увидела на экране крошечный комочек внутри меня, я действительно осознала, что беременна. Смотрела на экран и вспоминала, когда это могло произойти. В какой из дней мы зачали ребенка? Ведь Ярослав никогда не изливался внутри меня. Ярослав нет, а Монах да. В тот день, после боя, когда ничего не имело значения, и мы занимались сексом словно одержимые. В тот момент я еще не понимала, радоваться мне или плакать. Я знала только одно — я рожу этого ребенка, как бы сложно и больно мне не было.

В тот день я в какой-то прострации вернулась домой, дождалась маму и просто все ей рассказала. Нет, я не поведала ей всего. Я сказала, что встретила мужчину, назвала его имя, рассказала, что жила с ним, что он погиб в автокатастрофе, а теперь я жду его ребенка. Мама долго плакала, пила таблетки от давления, постоянно меня жалела, сетовала на какое-то проклятие в нашей семье, говоря, что мой отец ушел от нее и она одна меня воспитывала, а теперь и мне досталась такая судьба. Потом мама собралась, обнимала меня, радовалась, что у нас будет малыш и вновь плакала, но уже от счастья.

Последующие три месяца я ходила на консультации, принимала витамины, хорошо питалась, много гуляла и нормально спала. Соседка, Елена Андреевна, оказалась не такой уж и плохой. Она была женщиной без эмоциональной где-то даже грубой правдорубкой, но она хорошо мне помогала.