8
0Выполнив правило Бабы-Яги «напои-накорми», продолжила удовлетворять свое неуемное любопытство:
– Если честно, мне непонятно, почему вас не искали? Ведь вы не последние люди… лица в своих землях. Вторые и третьи наследники, вторые по силе, первенцы… За месяц должны же были вас хватиться? И главное, почему вы сами не сообщили родным и близким о своем бедственном положении? Наверняка придумали бы способ. И за золото нашлось бы немало желающих передать весточку домой.
Сразу возникшую неловкую и почти давящую тишину нарушал скрип колес телеги, которую дергала Моль, пытаясь дотянуться до самых густых веток, трели птиц и стрекот насекомых. Мужчины молчали, и я уже пожалела, что задала этот оказавшийся настолько неудобным вопрос. Но ведь я путешествую с ними, рискую жизнью, находясь рядом.
Наконец Акайо, дернув щекой, начал:
– Для долго живущих рас время теряет тот сакральный смысл, который в него вкладывают те, чья жизнь скоротечна. Когда возраст переваливает за сотню, начинаешь активно искать развлечения делового или иного характера вне родового гнезда…
– Вам что – всем больше ста лет? – воскликнула я, невольно перебив ирлинга, ведущего рассказ издалека.
– Ненамного, – улыбнулся Акайо своей фирменной улыбкой красавчика-сердцееда.
Но на душе у меня полегчало по другой причине: если между нами «всего-то» сто лет разницы – не страшно. Это ж не тысячелетний временной разрыв, который даже представить невозможно.
Я облегченно улыбнулась, чем заработала у Феро насмешливое:
– Девчонка!
Почту за комплимент. Тем более напряжение у старших заметно спало. Я просительно посмотрела на Акайо, ожидая продолжения. Он заговорил более легким тоном:
– Деятельность каждого из нас пока не связана с постоянным пребыванием дома, родные и приближенные привыкли, что мы можем пропасть на месяц-другой, где-то задержаться для выяснения… В общем, частенько путешествуем без предупреждения. И достаточно молоды и свободны, чтобы ненадолго увлечься чем-то или кем-то. Полагаю, наши поиски начались, но пока ведутся тайно, чтобы не ущемить наше достоинство и не вызвать неприятных последствий.
– А позвать на подмогу или…
Все четверо хмыкнули, а дракон вскинул ладони-лопаты, жалостливо скривил лицо и, шмыгнув носом-картошкой, шутливо заголосил, подражая тонкому женскому голосу:
– Караул! Помогите! Спасите! Злодеи обманули, опоили, нечестные родственнички сговорились за нашими спинами, непрошеное украшение на шею надели, хотели сил и жизни лишить. Так позвать?
Я смутилась:
– Не так, конечно, но…
– Я высший и второй по силе и в иерархии горгулов, пока не родится кто-то сильнее. Опора и щит Первой семьи. Если такой как я не в состоянии постоять за себя и свою семью – значит, не достоин жизни.
