5
0
Лучше потом поговорить спокойно и без свидетелей с отчимом. Возможно, уехать на пару месяцев в столицу – это лучшее решение.
- Думаю, мы вполне можем устроить в этом месяце званый обед, - с энтузиазмом продолжала мама. – Скажем, в честь помолвки Стеллы.
- Но мы ведь уже делали банкет по этому поводу, дорогая, - напомнил отчим."
"- Ну и что? – совершенно искренне изумилась мама. – Как будто кто-то помнит об этом, кроме тебя, Аделард. Люди будут рады поводу повеселиться, а мы сможем пригласить графа Бранчефорте…
- Нам пора, иначе опоздаем, - перебила я её, пока не был изобретён способ пригласить графа к нам в гости, чего я решительно не желала.
- Да, пожалуй, - мама взглянула на крохотные часики, висевшие в петлице её жакета. – Куда я положила сумочку?
- Час назад я видел её в ванной комнате, - подсказал отчим.
- Я принесу, - Стелла выскочила из-за стола, едва не опрокинув стул, и бросилась в ванную.
- Она такая заботливая, - сказала мама растроганно. – Рокси, не забудь бинокль, пожалуйста.
- Не забуду, - я допила остатки чая из чашки, схватила ещё один ванильный рогалик, чтобы съесть на ходу, и отправилась в спальню, чтобы забрать сумочку с биноклем.
Проходя мимо ванной комнаты, я увидела, что дверь приоткрыта, и Стелла стоит напротив зеркала, прижимая к груди мамину театральную сумочку из бархата, с золотистой тесьмой.
Сестра как-то странно сгорбилась, словно пыталась рассмотреть что-то важное на мраморной столешнице, а потом я услышала тихое всхлипывание.
- Стелла? – окликнула я её. – Что с тобой? Ты плачешь?
Она тут же выпрямилась и оглянулась, одновременно пытаясь улыбнуться и смахнуть слезинку со щеки.
- Ударилась коленом, - пожаловалась Стелла. – Дурацкая столешница… Всё время бьюсь об неё.
- Нужно сделать примочку? – спросила я. – Позвать маму?
- Уже прошло, - заверила она меня и пошла к выходу. – Видишь, даже не хромаю. Надеюсь, синяка не будет, а то Харальд будет в ужасе.
- Ты ему уже и колени показываешь? – не удержалась я. – Подумать только, что скажет мама…
- Рокси! – взвизгнула Стелла, сообразив, что проговорилась. – Ты же не скажешь?!.
- Если ты пообещаешь ничего, кроме коленей, до свадьбы не показывать.
- Клянусь! – сестра торопливо подняла руку, развернув её ладонью. – Это, вообще, к слову пришлось. Я совсем не такая…
- Ладно, неси сумочку маме, - велела я. – И будь поосторожнее. Помни, я за тобой слежу, - для верности я указала на свои глаза указательным и средним пальцами, а потом ткнула ими в сторону Стеллы.
- Ой, за собой следи! – прыснула она и умчалась в прихожую, откуда слышался уже голос мамы.
Нужно было идти, но теперь уже я застыла, глядя в зеркало в дубовой раме. Из него на меня смотрела красивая черноволосая женщина с двумя бутонами алых роз в причёске.
